Разумению не подлежит. Антология необъяснимого

Максим читал дело о разбоях в Нижегородской и Владимирских губерниях и глазам своим не верил. Полицмейстер Егор Давыдович Метревелев допрашивал не кого-нибудь, а того самого мужика-оборотня, которого звали… Василий Фёдоров. Беглый рекрут давал такие показания: «От роду – 27 лет, крестьянин Нижегородского уезду, господ баронов Строгановых, деревни Монастырки. Отдан Нижегородской губернской канцелярией в рекрутные солдаты и в верной службе присягал, военной экзерциции, деревянным ружьём обучался, и с того города Нижнего Новгорода с такими же набранными рекрутами выслан а Белгородскую волость.

И в Нижегородском уезде, прошед село Вязовку, в незнаемой деревне бежал…»

В рекруты брали сначала юношей от 15 до 20 лет, а затем «всякого возраста». Служба в армии была тяжёлой, причём пожизненной, беглых солдат хватало. Деревня Монастырка

принадлежала Троице-Сергиевской лавре и находилась там, где сейчас в Нижнем Новгороде улицы Веденяпина и Фучика Автозаводского района, а село Вязовка – в Кстовском районе.

Но как раз накануне рекрутского набора Монастырка стала владением графов Строгановых.

И тут Максим вспомнил свою прошлую жизнь. Совершенно отчётливо. Совершив побег, он двинул в Сибирь, где работал на медеплавильном заводе. Но оттуда его выгнали, как беспаспортного.

С бурлаком Григорием Котельницким добрался до села Фокино. Там сколотили шайку, куда вошли Федот Тупенков, Григорий Маленький, Василий Воробьёв, Степан Коза, Василий Матушкин, Иван Кнут и Степан Шмаков.

Ограбив под Балахной деревни Подожгино и Андреяново, ушли в леса, где шайка пополнилась ещё тринадцатью беглыми крестьянами из Пуреха, Ландеха и Хохломы. Атаманом избрали Матвея Соколова.

Абсолютная власть

Там, в буреломном лесу что-то стало происходить с беглым рекрутом. Большая, круглая луна выматывала душу. От её сияния

становилось не по себе. То ли это был сон, то ли явь, он не понимал.

Нет, это сон, всего лишь сон! Сон, который преследует его уже на протяжении нескольких ночей подряд. Он бежит сквозь тёмный холодный лес, бежит следом за вожаком волчьей стаи. Пахнет сырой землей, травой, молодой листвой…

Закрыв глаза, рекрут попытался вспомнить, где он был ночью и что делал. И не мог. Он чувствовал нестерпимую боль в руках и ногах. Вот они превращаются в лапы. Вот в нём поднимается волна нестерпимого голода.