Сердце ледяного дракона

Утром можно пожевать траву, пропитанную росою, но такой травы мало, в основном сухая. Жизнь останавливается, её огонёк едва тлеет в Моргуле и почти уже потух в Сале. Каждый шаг даётся с трудом.

Вечерело. Вдали показался дым. Они направились к нему. Повсюду были лошадиные следы. Копыта не подкованы. Видно шатры, расставленные вокруг костра. Кто-то разместил здесь свой стан. Слышны хриплые голоса, говорят на непонятном языке. Моргул оставил Салу чуть вдалеке, а сам начал подбираться поближе. Вот он видит сидящих вокруг костра.

Присмотрелся, – это не люди! Страшные, низкорослые, безволосые, с большими зубами, —орки! Но кто-то сидит рядом, и это явно люди. Длинноволосые, немытые сидели они с орками и ели сырое мясо руками – угны, Моргул слышал о них. Это полудикий народ не знающий жалости. Они кочуют в степи, разоряют земли по которым проходят, идут дальше, за невозможностью жизни там, где они побывали. Они, как орки, не имеют письменности. Никто не понимает их язык. Никто и не хочет понимать, их по праву все считают дикарями. Как по-другому называть людей, питающихся человеческим мясом, просаливая его в конском поту под седлом? Моргул никогда не думал, что угны вместе с орками.

– Ашн, ашн, —послышалось сзади. Сала замычала, пытаясь что-то сказать, —алш ашнже. – Угн звал других, зажав Сале рот ладонью. Орки и люди повскакивали, Моргул достал кинжал и бросился на врага из темноты. Угн выпучил глаза, умирая. Моргул схватил Салу и скрылся с ней в темноте.

Позади был слышен жуткий свист, топот копыт.

Становцы зажгли факелы. Пока ночь, можно спастись. Откуда-то появились силы бежать. Они бегут так быстро, что земля исчезает из-под ног. Вот уже они бегут по воздуху. Дорогу им заменяет небесно-синеватая дымка, немного проваливающаяся под их шагами, и нежно окутывающая им ступни. Они бегут по наклонной вверх, держась за руки. Страх остался где-то далеко, грудь разрывает от радости. Полное ощущение свободы. Моргул вытянул руку. Ему захотелось света и на его ладони зажглось свечение, тысячью светлячками освещающие путь. Он посмотрел вниз, там была степь такая бескрайняя, пока стоишь на земле, и такая маленькая, когда смотришь сверху. Моргул никогда не завидовал драконам, но сейчас ему было жаль, что он не может видеть мир таким всегда, что он так жалок и настолько слаб, что он, – что он что? В чём заключается его слабость? Ведь возможно, он самый могучий драконоборец из всех драконоборцев! Хотя нет, он же ничего не достиг.