Мяч не круглый

Ну, представляешь, если комментаторы будут произносить Жозе Роберту Гама де Оливейра, Рикарду Изексон дус Сантус Лейти или Мануэл Франсиско дос Сантос? А так просто – Бебето, Гарринча, Кака…

– Кака? – переспросила Юлия Павловна.

– Ударение, мама, не на первый слог, а на последний, – рассмеялся Серёжа.

– И как ты только запомнил всех этих рикардов и сантосов? Правила бы так запоминал, – развела руками мама, присаживаясь рядом с сыном на диван.

– Правила не интересно. Они мёртвые. А футболисты живые.

Даже те, которые уже умерли – их всё равно помнят, записи матчей с ними просматривают, статьи о них читают, на них равняются, – сказал Серёжа, распрямляя спину и сердито раздувая ноздри.

– А это кто? – спросила Юлия Павловна, показывая на яркую большую фотографию с симпатичным небритым мужчиной.

– Это Месси.

– Кличка?

– Нет, Месси – это фамилия. У аргентинцев всё не так, как у бразильцев. Они непримиримые соперники не только по футболу.

– Интересно всё это. Какой-то свой особенный мир.

И ты в нём живёшь. Я как-то совсем не любопытствовала этой частью твоей жизни: а кто-нибудь тебя учит футболу, сынок? – спросила Юлия Павловна.

– Особо никто, – отмахнулся Серёжа. – Секции у нас нет, в спортшколу ездить далеко, да там и отбор серьёзный, меня не возьмут…

– Это почему же?

– Мясо надо наращивать. Голова моя бестолковая работает хорошо, а скорости нет, рост мал, удар слабоват, тренироваться надо, – вздохнул сын.

– Сам так решил или намекнул кто?

– Намекнули…

– Кто? Нет тот ли мужчина, что приходит к вам на спортплощадку?

– А ты откуда знаешь о нём, ты же не приходишь смотреть наши игры? – подпрыгнул на диване Серёжа.

– Видела со стороны, – немного зарумянившись, улыбнулась мать.

– А-а, из окон подглядывала? Опять у этого Дятла была? – резко пробурчал Серёжа.

– Зачем ты так? Он не Дятел, а Дятлов Олег Владимирович, давай не уподобляться бразильским комментаторам. Между прочим, директор школы и будущий депутат.

Уважительнее надо быть к старшим, сынок, тем более к учителям, – с гневной нотой в голосе проговорила Юлия Павловна.

– Да надоело мне уже! Весь класс меня подкалывает, что ты к нему ходишь. Смеются, спрашивают: «Когда у меня будет братик или сестричка – дятлёныши?», – прошипел Серёжа, сделав акцент на последнем слоге.

Воцарилось молчание, сопровождающееся еле слышимым шорохом системы охлаждения стоящего на письменном столе компьютера.