Мальчик с «Молнии»

Уже в те далекие времена он слыл весьма озорным пацаненком, и когда меня привели в школу, с ходу заявил, что нам вдвоем не место под одной крышей. Заявление свое он сделал, разумеется, тайно, ночью, проникнув в мою спальню через окно.

Но, к своему великому изумлению, Степка не учел, что на свете могут жить личности, так же как и он напичканные сверх всякой меры старыми книгами про индейцев, Дикий Запад, ковбоев и прочая, и прочая.

С неделю мы вели ожесточенные бои. Летали дротики, свистели стрелы, взрывались небольшие бомбы.

Причем, все это проделывалось, с нашей точки зрения, совершенно бесшумно. Итогом же всех войн стало неожиданное перемирие. Мы подружились сразу и крепко.

Сан Саныч признался много лет спустя, что ту неделю, наполненную невероятным шумом и всякими криками, он вспоминает до сих пор. Как, кстати, и двух глазастых сорванцов в широкополых шляпах.

Ленка же пришла позже.

В левую руку кольнуло. Продолжая с глупым видом стоять посреди бетонопластиковых плит, я машинально провернул браслет.

– Она им не поверила, – раздался Степкин голос. – А в диспетчерской хранится полная информация о полёте. Электронику-то не проведёшь, – было слышно, как Степка чертыхнулся, – Блин… Лечу на Полигон. – сказал он. – Скорость три маха.

Наверное, бывают мгновения, как две капли похожие на несильный шлепок чуть пониже спины. Ты еще бежишь куда-то, но уже по инерции.

Шлеп!

Я опустился на дельтадром.

– Ну, Степка, – только и мог выговорить я. – Ну, Степка…

– Не ори, – ответил он.

 – Вот вернусь, тогда и поколотишь. А сейчас лучше подними возмущенные глаза к небу и жди Ленку. Она может первой нагрянуть.

– Псих!

– Будь на связи, – Степка отключился.

Наступила тишина.

Я отрешенно посмотрел на свои ноги, подумал и негромко застонал. Попадись мне сейчас под руку киберуборщик, я бы, наверное, завязал ему все конечности в узел.

Степка обнаружился в эфире минуты через две.

– Получил предупреждение, – спокойно сказал он.

 – Снижаю скорость до двух махов.

Я гневно промолчал.

– Штормовое оповещение, – пояснил Степка. – На всем протяжении до Урала.

– Оповещение? – перебил я, чувствуя, как в душе начинает что-то бурлить и шипеть. – До самого Урала? Ам-мазонку т-тебе… Да за такие шуточки!.. Ты мог мне все толком на земле объяснить?! А?! Бах, трах, вперед! Ну, Степка… Вернешься еще!

Прямо на нос упала дождинка. Я сердито утерся.

– Все? – ровным голосом спросил Степка.