Цусимские хроники. Апперкот

Как выяснилось позже, взрывом ему сорвало винт и заклинило руль, сильно разрушив корпус. Потеряв ход, он начал быстро погружаться. С него едва успели спустить шлюпки, быстро заполнившиеся людьми и отвалившие от борта. После этого остававшиеся на палубе солдаты побросали винтовки и амуницию и начали прыгать с судна в воду, пытаясь спастись.

В зрительные трубы и бинокли с батарей видели, как они барахтались рядом, держась за борта баркасов и брошенные с них концы. Но места всем не хватило. К тому же некоторые так и не решились сигануть за борт, оставшись на тонущем судне.

Глубина была небольшой, так что совсем под воду оно не ушло.

Видя гибель первого парохода, второй развернулся и, отойдя мористее, подобрал переполненные шлюпки и тех, кто держался возле них на воде вплавь. После чего начал отходить, снова огибая заграждение. Выйдя на чистую воду, он продолжил отход. Вскоре за ним последовали и крейсера. Попаданий в них и в наши позиции не было.

Как только пушки в заливе замолчали, едва начавшийся сухопутный штурм со стороны Савиновой Пади тоже захлебнулся.

Японская пехота откатилась на исходные рубежи, оставив перед русскими укреплениями не менее двух сотен тел. Не прекращавшийся с самого утра обстрел с японских полевых батарей усилился, но защитников порта он не сильно беспокоил.

Сразу после ухода японцев катера и баркасы Корсакова занялись спасательными работами. В течение полутора часов с торчавших над водой мостика, мачт и трубы затонувшего транспорта было снято 97 японских солдат, оказавшихся в плену у осажденного гарнизона.

В отлив, когда из воды показались почти все надстройки парохода, добровольцы-ныряльщики собрали винтовки и прочие полезные вещи, брошенные на палубе.

Поскольку противник у Корсакова более не появлялся, а атаки на сухопутном периметре обороны сошли на нет, в ночь с 29 на 30 июля минные катера предприняли вылазку к защищенной стоянке японских судов в районе высадки и в западной части залива Анива, но были вынуждены вернуться из-за засвежевшей погоды.

Только через два дня, когда море успокоилась и было получено сообщение разведки, что транспорты ушли от Мореи и стоят только у мыса Крильон, на том же месте, что и раньше, вылазку повторили.

В десять часов вечера 2 августа два больших пятидесятишестифутовых катера под командой «новиковцев» лейтенанта Штера и мичмана Шейковского покинули гавань Корсакова и двинулись к цели.