Бороться за любовь

– Так что, Тополёк всё еще существует?

– Конечно! У них теперь солидное заведение.

– Ну замечательно. Значит, Вы с ним договоритесь, я ему буду передавать письма, в которых буду указывать, где и когда встретимся.

– Договорились.

– Тогда ставлю эту канитель на место, и мы сейчас удалимся. Вместе нам лучше не светиться. Я Вам обещаю, мы все исправим.

С этими словами Михаил с Кириллом удалились. Несколько минут в машине продолжалось молчание. Мишаня заговорил первым.

– Виктор Петрович был прав, ты приехал вовремя.

Нужно что-то делать с этой гнидой. Только прошу тебя, руки марать не стоит. Нужно просто его посадить.

Кирилл рассуждал так, словно не слышал, что произнес Мишаня.

– Эта мразь трогала хрупкую девочку. Нет, Мишаня, теперь не тот случай. Я его со свету сживу! Такое с рук спускать нельзя.

– Но ты ведь всегда был великодушен со всеми.

– Этот не все, он тронул святое! Ты ведь знаешь, ее фотография всегда при мне, она меня оберегает лучше всякой иконы, она единственная, кого я люблю.

И эта мразь издевалась над ней, а теперь преследует. Нет, Мишаня, какая уж тут деликатность. Теперь буду гнать эту тварь до тех пор, пока он не сдохнет – либо от страха, либо от отдышки – которая теперь постоянно будет его душить.

– Ну а что? В принципе, ты прав! Честь любимой девушки превыше всего! А жизнь и подавно.

– Мишаня, нужно заехать купить компьютер.

– Так ведь дома есть?

– Нет, нужен новый. С твоего нельзя

– Хорошо, сейчас купим.

– Для начала мы соберем на него компромат, я не сомневаюсь, он по уши в грязи. Затем устроим на него травлю, лишим бизнеса, денег и работы. А затем он сопьется и сам сдохнет.

– А это целиком и полностью справедливо!

– Погоди, я вот что думаю, – у нас ведь здесь есть Серёга Безаев. Он в лётной части служит здесь – помнишь такого?

– Помню его, конечно.

– Сейчас я ему позвоню.

Кирилл тут же достал телефон и набрал нужный номер.

– Гудок есть – обрадовался он.

– Ало! – отозвался голос на противоположном конце телефона.

– Ну здравствуй, Товарищ капитан

– Добрый день. С кем говорю?

– Эх ты! Старых боевых товарищей не узнаешь?

– Филин, ты что ли?

– А вот это другое дело! Ну как ты там, медведь сибирский?

– Вот так люди! Ушам своим не верю. Филин собственной персоной! Как ты, дружище? А ты не потому мне позвонил, что в наших краях оказался?

– И снова в точку.