Мои непридуманные рассказы

До этого похода мы уже были в Средиземном море на крейсере «Слава» в 1967 году во время практики после второго курса, но все равно было интересно еще раз увидеть экзотику турецких проливов Босфор и Дарданеллы, красоту греческих островов Эгейского моря и невероятную синеву Средиземного моря под жарким солнцем.

Наша практика оказалась очень насыщенной корабельными учениями и повседневной походной жизнью. А еще и интересной, поскольку она уже в значительной степени соответствовала нашей специальности – корабельного ракетного оружия, когда мы «вживую» с ней тесно соприкоснулись на боевой технике.

Правда, через неделю-полторы с начала похода на корабле выявилась бытовая неприятность. По какой-то причине интендантами корабля перед выходом в море не были получены дрожжи в необходимом количестве. Взятый в базе хлеб закончился, и на корабле была организована выпечка свежего хлеба в штатной корабельной хлебопекарне. Только хлеб почти без дрожжей вместо безумно вкусной ароматной мягкой буханки с аппетитной корочкой, а если на нее, еще горячую, намазать сливочное масло, так и вообще «язык проглотишь», представлял собой полностью обгоревший до черного цвета кирпич без единой дырочки в мякише. У некоторых моряков начали случаться воспаление аппендицита, и тогда выбирался курс корабля с минимальной качкой, а в малой кают-компании, оборудованной по-штатному под операционное помещение, шла хирургическая операция. Попал под скальпель и один из моих однокашников Володя Михайлов.

Гибралтарский пролив встретил нас огромными стадами дельфинов внушительного размера, которые постоянно выпрыгивали из воды и с фонтаном сверкавших на солнце брызг плюхались обратно в море.

Удивительное зрелище! Увидев наши корабли, они буквально бросались наперерез нашего курса, а потом неслись на небольшой глубине, как говорится, «нос в нос» прямо рядом с форштевнем корабля. Очевидно, это доставляло им большое удовольствие участвовать в такой гонке, а нам – наблюдать за ними с борта корабля.

После прохождения Гибралтарского пролива, курс кораблей вдруг изменился с западного направления на северо-западное.

Мы шли явно не на Кубу. Нам это было малопонятно, но разъяснений по новому курсу отряда кораблей мы ни от кого не получили. Вскоре отряд кораблей вошел в зону крепкого шторма, через которую мы шли трое или четверо суток. Запомнилось и его красивое женское имя – «Анна». Потрепало нас тогда изрядно! Примерно через неделю корабли отряда подошли к району Большой Ньюфаундлендской банки.