Кощеева невеста

– Бабушка, а нельзя ли нам снова эти чары наложить, чтобы Кощей позабыл о Дивнозёрье?

– Ох, непростое это дело, голуба моя, – бабка Ведана накрыла её ладонь своей морщинистой рукой. – Пока у него тут сердечный интерес имеется, никакими чарами память не заклясть. Отвадить его надо от Даринки, вот что.

– Как? Отворотным зельем? – сердце Василисы забилось, как у птички.

Старая знахарка рассмеялась громким скрипучим смехом.

– А ты что ж думаешь, влюбился он по уши в твою сестрицу? Держи карман шире! Я скажу тебе, как дело было: едва напели-надули ему в уши ветры твои опрометчивые слова, сразу вспомнил Кощей о Дивнозёрье и решил в зерцало своё волшебное посмотреть.

Небось, слыхала сказки-то про блюдечко с яблочком? Так вот, это всё правда. С помощью этого блюдечка навий князь куда угодно заглянуть может, даже в мир смертных. А там, видать, и попалась ему на глаза Даринка-красавица. Кощей же издавна на девичью красу ох и падок был, но вместо сердца в его груди горюч камень лежит, не дрожит, не бьётся, поэтому не может оно любить. Только жажда обладания ему и ведома. Поэтому отворотным зельем его хошь пои, хошь не пои, а толку никакого не будет.

Горько было Василисе слышать эти слова. Да только слезами горю не поможешь. Набедокурила – изволь исправить. Знать бы ещё как.

– Бабуль, а хитрость наша с сажей и тиной хороша али нет? Стоит ли попробовать?

– А хто ж его знает? – бабка Ведана пожевала нижнюю губу. – Кощей-то хитёр. Но бывало, что дурачили его смертные девки. Так что пробуйте, голубки мои ясные.

Но сильно на удачу не надейтесь. Надобно что-нибудь ещё придумать, ежели затея не выгорит.

– А что Ванюшка наш? – Василиса сжала кулаки, больно впиваясь ногтями в ладони. – Разве он не богатырь? Он же всех парней в деревне сильнее на кулачках. Ему бы только оружие раздобыть и…

– Буйну головушку сложить, – отмахнулась знахарка. – Думаешь, он ко мне не приходил? Да он едва про сватовство услыхал, ещё раньше тебя сюда примчался, в ножках валялся, плакал, молил научить, как найти смерть Кощееву.

А я бы и рада помочь, да только мне то неведомо.

– Это как же «неведомо»? – Василиса обеими руками смяла юбку своего сарафана так, что остались некрасивые заломы на ткани. – А как же игла в яйце, яйцо в утке, утка в зайце?..

– Ерунда всё это, голуба моя. Нешто думаешь, Кощей позволил бы, чтобы о его смерти так запросто в сказках писали? Многие добры молодцы поверили, но все они живота лишились, погнавшись за этим треклятым зайцем.