Семь чудес Сурового дола

Мальчик еще был под впечатлением от встречи с пугающей соседкой, когда машина остановилась, а тетя Лена торжественно объявила: «Приехали! Добро пожаловать в Дом Грифа!», и детям пришлось покинуть машину, чтобы сразу же оказаться под сенью мрачного великана.

Дом впечатлял, пугал и интриговал одновременно. Он действительно мог быть замком в давние времена. Но принцессы ли? Скорее злого колдуна. Потемневшие от времени каменные стены опутывал плющ, узкие вытянутые окна-бойницы зияли чернильной пустотой, а острый шпиль-гарпун единственной угловой башни скрывался в темных облаках, словно пронзив собой небо.

По телу мальчика пробежал ток. Сердце забилось чаще. С самого знакомства с новыми родственниками что-то не давало ему покоя, и по мере приближения к Суровому долу это чувство лишь усиливалось. Он больше не мог сопротивляться ему, закрыл глаза и прислушался к бурлящему внутри предчувствию. Оно же, скинув давление разума, быстро набрало силу, разрослось и вышло наружу взрывом красок на темном фоне опущенных век.

Миша вздрогнул и открыл глаза. Дыхание сбилось, и мальчик попытался унять его. Он продолжал смотреть на дом, но теперь с еле заметной улыбкой. Да, ошибки быть не могло. Миша знал это наверняка: дом дяди и тети насквозь пронизан тайнами, потемневшими старыми, и светлыми новыми, как паутина. Они опутывали его, свисали с карнизов и лежали клубками в углах веранды.

– Ну, – обратилась подошедшая тетя Лена к племянникам, – готовы увидеть свой новый дом?

– Очень, – Кира от нетерпения сжала кулачки на руках.

– Ага, – ответил Миша, поправляя лямки рюкзака, словно парашютист готовый к прыжку.

– Тогда вперед! Вот ключ, – она протянула руку и раскрыла ладонь, на которой мирно покоился резной железный ключ с головкой в форме головы птицы. – А я пока помогу дяде Рудольфу с вещами.

Кира всегда умела удивлять быстротой своей реакции. Вот и сейчас, не успел Миша подумать о ключе, как сестра с тем самым ключом уже бежала к входной витражной двери.

Мальчик припустил следом и сбавил шаг, только взобравшись на крыльцо. Кира стояла там же и со свойственным ей восторгом рассматривала застывшего в боевой стойке красного грифона, изображенного на витраже. Несмотря на пасмурную погоду, разноцветное стекло горело и переливалось каким-то особенным магическим светом. Мальчик взглянул на зверя, и буквально на секунду ему показалось, как тот подмигнул ему, встряхнув перьями на загривке.

Морок развеяла Кира.