Семь чудес Сурового дола

Обещаю, – закончила она, покосившись на Мишу, будто именно ему было адресовано это обещание.

Тем временем Рудольф опустил голову и молчаливо покинул коридор. Миша проводил его наполненным гневом взглядом. Мальчика мучил вопрос. Неужели тогда на кладбище он не ошибся? Неужели дядя Рудольф самый настоящий злодей?

– Так, а знаете, какая у меня появилась идея? – заговорщицким тоном обратилась к детям (но больше к Кире) тетя Лена. Очевидно, ей очень хотелось разрядить обстановку.

– Какая? – Кира с легкостью попалась на крючок.

– Пробраться на кухню и съесть любимое шоколадное мороженое дяди Руди, которое тот приберег на… на Рождество.

Миша подметил, что тетя придумывала на ходу. До Рождества оставалась еще очень много дней. Кто в здравом уме станет сейчас запасаться мороженным?

Кира поджала губу, пытаясь сдержать улыбку.

– Но так же нельзя, – прошептала она.

– Можно. Он это заслужил, – так же тихо ответила тетя, и обе по-дурацки захихикали.

Миша закатил глаза.

– Ты с нами? – спросила женщина.

– Нет уж спасибо. Я лучше найду свою комнату и разберу вещи.

– Ты уверен? – тетя расплылась в той типично глупой гримасе, с которой взрослые обычно общаются с детьми, надеясь повлиять на их решение. Но Миша давно вырос, и с ним (в отличие от Киры) такие уловки не сработают. Тетя давно должна была это понять.

– Точно, – хмуро ответил мальчик, чем заставил родственницу грустно улыбнуться:

– Ну как хочешь. Твоя комната на втором этаже, справа от лестницы. Если заплутаешь – ищи стены цвета морской волны.

Ну, а мы полетели есть мороженное, – на этих словах тетя Лена подхватила Киру на руки и, парадируя шум двигателя, направилась прочь, свернув за угол, под звонкий смех последней.

Миша же остался один, ощущая, как необычайная по силе усталость наваливается на его плечи. Он потер глаза, надеясь, что так сможет сдержать подступившие слезы. У него не осталось сил на борьбу. Как не пытался он смириться со всем произошедшим с ним за последний месяц, как не пытался сделать вид, что это никак не влияет на него – прежний уклад навечно сломан, а впереди маячила кромешная безысходность.

Что ждет его здесь, в Помории? Вернуться ли родители? Встанет ли когда-нибудь все на свои места?

Глухой удар в дверь заставил его вздрогнуть. Миша обернулся на ватных ногах. Прислушался, и ему показалось, что за дверью как будто кто-то есть. Мальчик сделал несколько робких шагов вперед, но сам при этом укорил себя за любопытство, а еще за вредный характер.