Послезавтра героя

Все пятеро были внешне похожими около 180 см роста, около 100 кг веса. Совместные занятия по тактико-специальной подготовке с элементами психологии сразу стали называть «богатырскими игрищами». Апогеем «игрищ» был «парный кегельбан», когда 30 молодых бойцов в касках, бронежилетах с резиновыми палками и щитами отрабатывали построение «Вал» и «Вал-2», делая из щитов «стеночку», мы парами с дикими криками с разбегу пробивали стройные ряды. Выигрывал тот, кто на прорыве выносил на себе больше юных бойцов (кеглей).

Весело было всем.

А через пару месяцев после окончания сборов меня назначили руководителем группы психологического обеспечения. В то время в министерстве сложилась практика приглашать на стажировку руководителей психологических служб по одному из практических органов и учебных заведений.

В результате я в первопрестольной на стажировке в министерстве…

Вот на выдохе хрустнул последний позвонок, пора быстренько в душ и завтрак.

Обычно мой завтрак мало чем отличается от обеда, потому что служба приучила, что нужно плотно есть с утра, ведь не знаешь, когда будет обед и будет ли он вообще… Но в гостинице с дороги пришлось доесть дорожную снедь, обильно запивая ее вкусным свежесваренным кофе.

Ароматный напиток был сварен в ковшике, потому что другой подходящей посуды в номере не было, но получилось вполне прилично. Даже уважаемый Ашот вышел из второй комнаты.

– Салам азиз Ашот! – повторил я вчерашний урок.

– Салам хенсадам! Дадли кухфе! – «Вкусный кофе» – пояснил дедушка Ашот.

– Извините, что разбудил! А как по– азербайджански будет «Извините»?

– «Юзр», но можешь сказать «пардон».

– Как у французов… Мне больше нравится «Юзр», правда как-то странно звучит то ли «узр», то ли «юзр».

Вчера при знакомстве, когда я случайно увидел его работу над переводами с английского языка статей о морских водорослях, спросил разрешения полюбопытствовать и отметил несколько значимых неточностей перевода, поскольку достаточно свободно владею этим языком.

Он извинился, пояснив, что гораздо лучше владеет французским, и предложил дать несколько уроков разговорного азербайджанского. Мне всегда были интересны языки и я, естественно, согласился. Тем более, плата была очень скромна, мне нужно было «причесать» все его переводы (около сотни страниц), что можно было легко сделать за несколько дней во время поездок в метро.