Лучше, чем Чинаски

Краем глаза я вижу, как ирландцы и Майкл шастают по бару, ища достойных оппонентов.

– Ну как вам сказать, алкоголь и старые обиды.

– Обиды?

– Ну, Вторая мировая, – я перевожу взгляд на немецкий флаг.

Она следует за моим взглядом.

– То есть бытовая ксенофобия?

– Я все-таки настаиваю на том, чтоб вы покинули этот бар от греха подальше.

Появляется охрана бара.

– Вы очень заботливы, – она улыбается мне.

– Что происходит? – к нам подходит какой-то напыщенный урод и кладет руку на плечо девушки по-хозяйски, помечая территорию.

– Ирландцы ищут повода подраться с немцами, – она отвечает ему.

– Я имел в виду, что происходит здесь, – он смотрит на меня.

– Этот молодой человек любезно посоветовал нам покинуть бар, пока не завязалась драка.

– Пошел отсюда со своей любезностью! – обращается он ко мне.

Я не могу удержаться и расплываюсь в улыбке.

– Я, честно признаться, никак не могу понять, почему такая милая девушка, как вы, уделяете свое внимание этому пещерному человеку.

Единственное, что приходит мне на ум, – это то, что ваше доброе сердце не может не проявить акт гуманизма, – обращаюсь я к ней, игнорируя ее спутника.

Мне в лицо летит кулак. Я слишком пьян, чтоб увернуться. Но моя интоксикация помогает мне не быть «ушатанным», как говорили у меня на районе.

Я наношу ответный удар. Майкл и ирландцы, почувствовав кровь, налетают тоже, втягивая в драку случайных людей и охранников, которые, в принципе, тоже не прочь выпустить немного адреналина.

Я пытаюсь найти взглядом девушку.

Она стоит в стороне и снимает на телефон происходящее вокруг нее с огромной улыбкой на лице.

Я расплываюсь в улыбке тоже, что не позволяет заметить мне кулак Майкла, который в пылу драки, отправляет меня в нокаут. Я слышу сирены.

Мы с Майклом сидим в полицейском участке в обезьяннике вместе с ирландцами.

Лед возле моего уха позволяет сбить боль.

– Брат, прости! Я честно не видел, что это был ты. Ты никогда не улыбаешься.

– Да забей ты! Подумаешь!

– Вы, парни, – молодцы.

Хорошо деретесь, – один из ирландцев обращается к нам, выдавливая слова между своих распухших губ.

Я показываю ему большой палец.

Полицейский подходит и отпирает дверь:

– На выход.

Мы дружно и молчаливо выходим из камеры.

Уже рассвет. На улице свежо и прохладно.

Я вижу ту самую девушку, сидящую на скамейке и курящую сигарету. Она видит меня и машет мне рукой.

– Я что-то пропустил? – Майкл тычет мне в спину.