Чаша тьмы

Блеск обнаженных мечей… еще луки… анмелеры, конечно, не чета аргельским стрелкам, но есть ли тебе разница – убьют тебя легкой эльфской стрелой прямо в глаз или тяжелая, на морского зверя налаженная стрелища, нырнув с рыбацкого лука, разорвет тебе грудь? Если и есть разница, то она явно в выборе способа смерти, а если умирать неохота, то лучше просто постоять тихо, тебе что – больше всех надо? Ах, нет?! Ну так и стой себе. Люди стоят – и ты стой… и до оружия не добраться… никак не добраться. Тут разве что маг какой управится.

Вот пусть и управляется, мать его! Маги эту войну затевали, вот пусть сами и отдуваются. А мы – пленные. Безоружные. Мы, собственно, давным-давно уже сдались. И как выяснилось – правильно сделали. Потому как Арвалирен – это Арвалирен. А Эруэлл – это Эруэлл. Против ветра только дураки плюют.

– Оружие на землю!

Глазастые сволочи эти аргельцы. Что ж, придется отдать последнее. Уж больно неуютно смотреть на острия аргельских стрел. Кинжалы и кастеты, удавки и цепи, ножи и боевые иглы со звоном летели под ноги аргельских стрелков.

Архимаг хорошо снабдил своих людей, и если бы не эти скользкие проныры со своими луками… ведь как из-под земли выскочили, поганцы! Ну ничего, переглядывались между собой командиры, приказание Его Милости еще может быть выполнено, есть ведь и запасной вариант, как раз на такой случай. Каждый из их воинов способен жрать не то что в три, но даже и в четыре горла. Уж это-то оружие у них никто не отнимет! А продовольствие – не последняя вещь во время войны.

Далеко не последняя.

Армия Арвалирена продолжала торжественный марш, совершенно не замечая, что вместо пленных ее с обеих сторон окружает редкая цепочка аргельских стрелков. Шла, как во сне, горделиво потрясая древними гербами и новенькими знаменами… впрочем, она ведь и была сном, эта бредовая армия – сном, который, к несчастью, случился въяве.

Впрочем, некоторые персонажи этого кошмара тщетно пытались проснуться. Отдельные кавалеры, дамы, а также большинство детей беспокойно озирались по сторонам, явно сообразив, что происходит нечто из ряда вон выходящее.

Но они не знали, не могли знать, что следует делать в подобных случаях, – а король, сопровождаемый свитой, скакал все так же горделиво и спокойно, оркестр грохотал марш, хор ревел песню, акробаты кувыркались, жонглеры жонглировали… словом, даже если кто-то и попытался выкрикнуть какое-то предостережение, то его голос все равно потонул в общем помпезном грохоте.