Девять унций смерти

* * *

– Он там, я знаю, что там! – девочка умоляюще смотрела на лекаря. – Ты приведи его, ну пожалуйста, он меня всю ночь спасал, вместе с Джерри-скрипачом. Джерри домой пошел. А этот – чужой, ему идти некуда. Ты приведи его, я ему спасибо скажу. Приведешь?

– Приведу, – пообещал Шарц. – А ты пока выпей…

Он протянул чашу с питьем.

– Ты прямо сейчас иди… а то уйдет… он кушать хочет, я знаю… и спать ему негде. Он, как ты, только с бородой.

«Гном?! Быть того не может!»

«Здесь может оказаться только один гном!»

– Он спас меня, – повторила девочка.

– Ну что ты, доченька, тебе это причудилось, – вмешалась мать девочки. – Никакого бородатого дяденьки не было, а спас тебя господин сэр Хьюго Одделл…

– Нет, – покачала головой девочка. – Он не спас. Он вылечил.

– Доченька, что ж ты такое говоришь? – жалобно выдохнула мать.

– Она права, – решительно вступился за свою пациентку сэр Хьюго. – Я – только вылечил. Точней, дал необходимые лекарства, остальное, как известно, в руках божьих, а вот кто спас ее этой ночью… кто ее через ночь перевез… я ведь хуже, чем опоздал, хоть и спешил изо всех сил… – Шарц в упор посмотрел на родителей девочки, и они сжались от ужаса.

– Теперь-то беда миновала, – милосердно добавил он.

– Она так горела, бедная… – выдохнул отец девочки, могучий тяжелорукий кузнец.

– А мне скрипка сгореть не давала, – ответила его дочь. – Скрипач играл, а бородатый дяденька вез меня на тележке. Всю ночь вез. Он хороший. И храбрый.

А ты иди к нему, – вновь обратилась она к Шарцу. – Иди, пока он не ушел. А то уйдет – как я ему спасибо-то скажу?

– Хорошо, – кивнул Шарц.

«Я постараюсь найти твоего бородача, малышка, даже если его нет, даже если его никогда не было, все, что хочешь, лишь бы ты жила! Потому что такие малышки не должны умирать, они должны жить долго и счастливо, радовать и радоваться, любить и быть любимыми, вырастать, становиться взрослыми и тоже рожать детишек. Я уверен в этом больше, чем в чем-либо другом на этом свете.

Почему? Потому что чем дольше живу, тем чаще я начинаю думать, что звезды для того и существуют, чтоб такие, как ты, могли им радоваться. Звезды – просто восхитительные детские игрушки, а для того, чтоб играть ими, нужно жить. Поэтому я иду, малышка. Иду искать бородатого гнома с волшебной тележкой. Я обязательно найду его, ведь я – „безбородый безумец“, а нам, безумцам, обычно все удается, потому что звездное небо – за нас.