Покрывало ночи

 – Нам же в Джанхар нужно!

От волнения он повысил голос и, тотчас вскинув голову, испуганно всмотрелся в зал. Верующие в него должны были бы услышать. Ведь считается, что верующие должны стараться ловить каждое слово своего Бога. Однако они были глухи ко всему, кроме своей веры. «Отец Наш Сиген» не мог произнести этих слов – значит, он их не произносил. Что ж тут непонятного? Если чего-то не может быть – значит, его и не было. О чем тут еще говорить?

– Конечно, нам нужно в Джанхар, – вздохнул Мур. – Вот только в ближайшее время нам туда не попасть.

– А я думаю – попасть, – не уступил Курт. – Я хорошо помню ту крепость. Стены. Ворота. Я перенесу нас туда. Вот увидишь.

– Прямо сейчас? – спросил Мур.

– Прямо сейчас, – решительно проговорил Курт. – У меня от их пения скоро голова лопнет.

– А по мне – так неплохо поют, – заметил Мур.

– Может, и неплохо, но чем скорей мы будем в Джанхаре, тем лучше, разве нет?

– Да, – сказал Мур. – Ты прав, конечно.

– Тогда я начинаю.

– Пробуй, – негромко сказал Мур.

 – Только…

– Что… только? – насторожился Курт.

– Ты… не очень огорчайся, если не получится, – сказал посох.

– Не получится? Почему? – пробормотал Курт, глядя на улыбающиеся лица. – Обязательно получится. Сейчас. Приготовься.

– Готов, – пробурчал Мур. – С тобой я всегда готов… к чему-нибудь эдакому… это, знаешь ли становится привычкой.

Курт закрыл глаза. Сосредоточился. Отчетливо представил себе джанхарскую крепость – вплоть до последней трещинки в ее фиолетовых стенах.

Вплоть до последней медной заклепки в ее могучих воротах. Вплоть до… он уже ощутил землю у себя под ногами, влажный ветер, лежащий на щеках, он уже открыл глаза и увидел грозное сияние крепостной защиты прямо перед собой. Он уже…

– А ты мне не верил! – успел сказать он, обращаясь к Муру.

И чудовищный рывок швырнул его обратно.

– Ох! – только и сумел сказать Курт, с треском приземляясь собственным задом – честное слово, уж лучше бы чужим! – в собственную, еще не успевшую раствориться и остыть в камне, тень.

Постамент, на который он приземлился, основательно поддал ему каменным коленом, а верующие в него… верующие в него, разумеется, ничего не заметили. Их «Отец Наш Сиген» просто не мог треснуться задом о постамент – а значит, они были не в состоянии увидеть, как брызги этого треска кустами взметнулись вокруг их ошарашенного божества.

– Ну, так и есть, – огорченно констатировал Мур.

– Что «так и есть»?! – выдохнул Курт.