Теарнская партия

К тому же недоросли в данный момент постигали основы геральдической мудрости под чутким руководством наставника Дэррана и были очень заняты.

– Побывал сегодня с Эрданом у вирдисцев, – сказал его величество Илген. – Посмотрел, как их разместили. Познакомился.

– Да? И. как они вам?

– Отличные солдаты, – вздохнул король. – Изумительные. Мерзавец Эттон их плевка не стоит, а только…

– Да, ваше величество?

– Сегодня я окончательно понял, что они никогда не будут моими, – констатировал он.

– А у вас была такая надежда, ваше величество? – удивился Верген.

– Была. Понимаешь, они… они с таким гневом отзываются об Эттоне. Этих наемников они просто в клочья разорвали. И короля своего разорвут, если дотянутся. Им так стыдно за то, что он посмел сделать… они, можно сказать, своей виной это считают. Ведь это их король такое удумал. Так что, когда они до него доберутся… завещание он точно не успеет написать.

Ах, какие воины, сержант! За маршала Эрдана в огонь и воду пойдут. Но они – оттуда, понимаешь? Все их помыслы – там, в Вирдисе. Они никогда не станут сражаться за Ирнию так же, как за Вирдис. Они будут биться против Эттона и его армии, если придется. Но не за Ирнию, а за Вирдис. За Вирдис, свободный от Эттона. Я слушал их, я говорил с ними… это в каждом их слове, в каждом жесте чувствуется.

Король снова вздохнул.

– Я, конечно, сделаю для них все, что в моих силах. Постараюсь спасти их семьи, дам оружие, амуницию, коней, денег, все, что понадобится… а все-таки жаль, что они никогда не будут моими…

– Нечего жадничать, ваше величество, – ухмыльнулся Верген. – Королю это не к лицу. Что ж у вас, своих солдат не хватает, что ли?

– И то верно, – печально кивнул король. – Ладно. Не буду жадничать.

– Кроме того, тому, кто когда-нибудь захочет заставить их воевать против Ирнии, придется сильно потрудиться.

А это не так уж мало, ваше величество.

– Это если только с нашей стороны смотреть – не так уж мало, – ответил Илген. – А если по совести… жалко мне их, бедолаг. Ну куда они денутся?

– А король только с этой стороны и должен смотреть. Только с нашей, и ни с какой другой.

– Думаешь, я этого не помню? – сердито фыркнул Илген.