Тень шпаги

– Если этот… опять явится, вы меня кликните, – все же попытался ободрить бедолагу Карвен. – Я ему по шее дам, враз поутихнет.

В лице трактирщика словно что – то сломалось. И не от того, что он только что услышал, мигом смекнул юноша. А от того, что он за спиной Карвена углядел. В трактир кто – то вошел, и этот кто – то перепугал трактирщика пуще морового поветрия.

– Беги отсюда, мальчик… – жалко кривясь, выдавил трактирщик. – Беги, пока не поздно!

Но было поздно. Трактир как – то враз наполнился людьми.

Что с того, что он и раньше пустым не был? Наводнившие трактир чужаки были не из тех, что заходят в трактир поесть, выпить или переночевать в гостевых комнатах. Больше всего они походили на разбойников. Вот только разбойники редко ведут себя столь нагло и… странно. В руках у них были топоры, ножи и факелы, а глаза были пусты, точно у мертвых. Без единого слова они наполняли трактир и внезапно замирали – словно переставали быть живыми, превращаясь в некое подобие вещей.

– Беги – и – и – те! – просипел трактирщик, бросаясь куда – то в подсобку и с треском захлопывая дверь.

– Околдованные! – испуганно ахнул кто – то. Посетители вскакивали, опрокидывая столы, кто – то уже визжал, а кто – то отламывал ножку стола, пытаясь добыть себе хоть какое-то оружие.

«Что ж, родители запрещали обижать только слабых, – подумал Карвен. И огляделся. – Поскольку бежать все равно некуда…» Он нагнулся, быстро развязал котомку и достал из нее отцовский молот.

Рукоять привычно легла в руку. «Эх, не для того он думан, не для того делан, а только что ж еще остается? Господь Утра и Богини Вечера, помогите мне…»

Мир качнулся и как – то разом пришел в движение. Страшный хряск топора – и чья – то жизнь захлебнулась кровавым хрипом. Выблеск ножа – и еще одна жизнь обрывается коротким мучительным стоном. Еще чей – то крик, перешедший во всхлип, фонтан крови… Кривая дуга брошенного факела завершается за трактирной стойкой.

– Да что же они делают?! – потрясение выдохнул Карвен. – Они ж… на самом деле людей убивают!

На его глазах творилось нечто для деревенского парня немыслимое. Даже скотину эдак не режут, а уж чтобы людей… о таком даже в самых страшных историях не услышишь! О таком даже прошедшие войну солдаты не рассказывают. На войне все ж таки убивают врагов, а не кого попало да невесть за что.