Крымские черви

Шагая рядом с Тамарой по дорожке, стелившейся вокруг неширокого изогнутого палитрой пруда с островерхими лилиями, стоящими в воде, словно вылепленными из крема, Полысаев заметил как девушка, прикрыв глаза, втягивает носом воздух и тут же сам ощутил дошедший до него аромат, который струился от ограждавших дорожку слева похожих на сирень кустов и оранжевыми пучками прижатых друг к другу с братский любовью круглых ягод, обвитых лепестками.

– Как хорошо – Тома улыбалась робкой , едва заметной улыбкой, посмотрев на Полысаева – Чувствуете какой запах?.

.Этот воздух можно пить!

Ответив что запах чудесный, Полысаев запретил двум пацанам из числа своих пассажиров, подошедших к дереву и наклонивших ветку, рвать ягоды и вообще прикасаться к растениям, окликнув их так, как он привык приструнивать собственного сына. Оставив куст, дети вернулись на гравий тропинки и заспешили догонять остальных, собравшихся на площадке, обсаженной полукругом зеленых однообразно-голых стволов бамбука. Матрешка- мать пианиста приготовилась фотографировать выстроившуюся перед нею хохочущую и ставящую друг другу рожки свору, пригласив занять в кадре место и Полысаева вместе с Тамарой.

Вежливо поблагодарив, Полысаев отказался, тогда как Тома, сняв очки и опустив руки за спину встала позади всех, чуть склонив голову набок, улыбаясь беспокойными в преддверии снимка губами.

Услышав легкий шорох, Полысаев краем глаза заметил как ветви низкорослой пальмы с широким волосяным стволом зашевелились и стараясь остаться незамеченными, ступая по траве, на песок вышли двое державших в руках пакет юнцов, которые поскорее постарались смешаться с толпой во избежание незамедлительно последовавшего бы при обнаружении их отлучения наказания.

Полысаев подозвал обоих к себе и приказал мальчишке, прятавшему пакет за спиной, открыть его и показать содержимое, добытое, в чем он ни капли не сомневался взглянув нв детские лица, противозаконным путем.

– А ну, показывай чего вы там насобирали – Полысаев поправил у мальчишки ворот рубахи, стараясь не вызвать у того чувства страха или вины – Чего нарвали?

– Мы не рвали – дал за товарища ответ нахмуривший брови соучастник, который в свободное от браконьерства время здорово играл на виолончели.

– Давай-давай.. Покажи пакет – Полысаев протянул руку, ожидая пока мальчик сам, без принуждения выполнит его просьбу.

– Мы ничего не рвали. Честное слово – прикрытый пакет появился из-за спины.