Исповедь из преисподней. От сумы и от тюрьмы не зарекайся

Потом ее облако опускается вниз и расползается по полу. С человеческими мыслями тоже так бывает. Взлетят они ввысь и кажется, что вот она – истина! Я докопался до сакральных секретов мироздания! А потом – бац. И ты снова на земле в луже чавкающей осенней грязи. Идешь, выдирая свои боты из клокочущего плена. Зачем-то нам дано свыше – постоянно проходить испытания. Сдавать экзамены жизни. Ты не всегда знаешь какой вытянешь билет, сколько дашь правильных ответов…

– Понимаешь, Сергей Алексеевич, ситуация тогда была неоднозначная.

– Ну и в обсуждаемой публикации ее оценка неоднозначна. Да и сейчас никто не может с твердой уверенностью говорить, как разворачивались и происходили те события на самом деле. Врать, конечно, можно самозабвенно, брызгаясь соплями и слюной. Но где истина?

– Истина, Сергей Алексеевич, в том, что началом этой эпопеи послужил намечающийся развод – расторжение брака Павла Чехова с супругой Ниной. При этом все нажитое непосильным трудом имущество: всякие разные торговые комплексы, рынки и площадки, вряд ли бы ушли из-под полного влияния и контроля Павла.

Другими словами, его жена могла остаться, как говорят в народе, без штанов. Автор статьи, кстати, намекает на некие события и заинтересованность в смерти мужа Нины Чеховой. У обоих супругов были свои сожители.

– Фу, какая-то Санта-Барбара иркутского разлива. Противно слушать.

– Ты же, Сергей, мне вопрос задал. Не хочешь, не слушай.

Да пошел ты…

– Ладно, не кипятись, извини меня за грубость, Иннокентьич.

– Павла грохнули летом 2004 года. Дружок Нины – Карасик вскоре помирает. Один из ее подданных становится городским депутатом и дальше прет по муниципальной карьере. Ничего тебе не говорит эта цепь событий?

– Ровным счетом ничего, – отвечаю я.

– Так вот. Чтобы не получить ответку от друга Паши – Алексеева Сергея, Нина проплачивает его уголовное преследование. Главная цель – его устранение с помощью милиции, так как заказать второе убийство ей было не под силу.

– Григорий Иннокентьевич, эта версия следствием не отрабатывалась. Я не хочу, чтобы моя книга воспринималась сплетницей. Моя задача – проанализировать события по материалам уголовного дела. Чтобы читатель сам мог сделать свои выводы. Конечно, твоя версия может существовать как предположение. Но давай говорить по существу материалов уголовного дела.