Тихо, идёт следствие. Передоз. В опергруппе Баба-Яга и домовой

 – Это потом вас нечистый собрал до кучи и утащил из Леса. Научил строить эти самые, как их, города. А вы как были дурными так дурными и остались. Живёте друг у дружки на головах и радуетесь.

И не страдающий впечатлительностью Иван вдруг живо, прямо в картинках, представил себе как идёт по лесу некто козлорожий с рогами и с хвостом. Идёт, орёт что-то непотребное, а за ним, вереницей, идут люди, дурные да неразумные.

– Собрал вас в этих самых городах, – продолжала Василиса Ягинишна. – песни срамные петь научил. Отраву жрать, как та девица, научил а вы и рады стараться.

Живёте друг у дружки на головах. – Иван понял, что это Баба-Яга о многооквартирных домах говорит. – Живёте, а друг дружки не знаете. Крепоко, ой крепко нечистый у вас на загривках уселся.

***

Баба-Яга продолжала ещё что-то говорить, вернее, бормотать по старушечьи. Видать в кои веки нашла благодарные уши вот и делится наболевшим. А Иван вдруг вспомнил, что сама-то Баба-Яга – самый что ни на есть яркий представитель той самой нечистой силы, которую ругает.

Видимо прочитав мысли Ивана Баба-Яга перестала бурчать, глазами полными, нет, не гнева, а жалости посмотрела на Ивана и сказала:

– Говорю же, дурак. Ну какая я тебе нечистая сила? Тьфу!

Блин, будто специально на ветку ближнего к ним дерева уселась какая-то пичуга и принялась радостно насвистывать свою песню:

– Я что, и ей нечистая сила? – кивнув на пичугу уже гневно спросила Ягинишна. – И деревьям да травам нечистая сила?

Похоже, бабуля разошлась не на шутку.

– Вот кто вас из Лесу чёрти куда гнал? – спросила она Ивана тоном, будто Иван тогда первым ушёл из Леса в эти самые чёрти куда.

***

– Оно давно случилось. – глядя куда-то, будто сейчас находилась там, начала Василиса Ягинишна. – Тогда городов ваших почти не было. Хоть люди из Леса почитай все уже поуходили, но в города не спешили, всё больше по деревням жили.

И тут Иван обратил внимание, с тех пор как он повстречал странную бабулю мобильник замолчал, будто выключил кто. А ведь мобильник опера, это… Это, если молчит десять минут, к бабке не ходи, ядерная война началась.

– А ты послушай, послушай! – мгновенно отреагировала старуха. – Бывало умные люди, цари да короли, не чета тебе, слушали, и благодарили потом.

– Я слушаю, Василиса Ягинишна, внимательно слушаю.