Иван Премудрый

А вредной потому, что состояла она сплошь из тех, кто, как они все говорят, ведёт свой род от того самого Царя, который повелел народу горох есть, это и была их самая главная вредность.

Все они, как один, князья да бояре, не ниже. Чуть что, пузо вперёд, нос в небо и ни подойти к ним, ни на козе подъехать. То, что они все сплошь необразованные, об этом даже говорить смешно, но зато хитрые, правда через одного. У них, если хитрости не хватает, несокрушимый аргумент на этот случай имеется: «Мой предок…», ну и попёрли рассказывать, аж слушать тошно.

На этом в основном и выезжают, вернее, ближе к «печке» подъезжают и устраиваются там так, что не сковырнёшь.

Правда нашёл Иван для них «противоядие», да его искать особо не пришлось. Они хитрые, но они просто хитрые, а Иван мало того, что хитрый, так он ещё и Премудрый. А премудростям его в университории обучали, поэтому хитрость плюс премудрость почти всегда брали верх перед просто хитростью. Хвали их, нахваливай, а больше ничего делать и не надо, вот Иван больше ничего и не делал, только хвалил – нахваливал.

Так что с этой партией Иван более – менее справлялся и наперёд знал, чего от них стоит ждать. Опять же, и это было Ивану на руку, все они, эти князья – бояре, постоянно между собой грызлись, постоянно делили что – то. А,как известно, если кучей насядут, то беда, а если по одиночке, да в разное время, раз плюнуть.

Вторая партия, хоть тоже не очень многочисленная, зато самая не опасная.

Среди них тоже есть из племени князей – бояр, но у них на уме совсем другое. Это воины. Они озабочены только тем, чтобы воевать. Неважно с кем, когда и где, главное для них – война.

Тех, кто рвётся державу защищать, среди них немного, а вернее, совсем мало. Эти так вообще, как дети малые, верят всему. Для них самое главное, чтобы ворог лютый державу не трогал и не нападал на неё. Ивану с ними было легко и даже весело. Можно даже сказать, что разговаривая с ними, Иван отдыхал от тех других, для которых на первом месте другая «держава» – карман ихний, безразмерный, и желание к «печке» поближе.

Большинство же воинов хотели воевать. Воевали, а потом опять хотели, и опять шли воевать только затем, чтобы чужим добром поживиться. Оно ведь как, в чужих руках редька всегда и больше, и слаще, да и не только редька… Вот они и зыркали постоянно, у кого из соседей, да и у не соседей тоже, что, где лежит, и сколько.