Вторая клятва

«Наверное, я чего-то просто не знаю, – сам себе сказал Эрик. – Есть какие-то более высокие ступени этой игры, мне дотоле неведомые. Возможно, то, что запрещено на первой ступени, на более высоких, напротив, приветствуется?»

Эрик смотрел на дом лекаря, к которому они приближались.

«Вот, Эрик, это наш дом», – сказал ему наставник в самом начале.

Дом. Собственность. Камень. Якорь. Могила.

Наш дом.

Наш камень? Наш якорь? Наша могила?

Когда у Хьюго Одделла, который к тому моменту не был еще сэром, наконец появились свои больные, образовалась своя, так сказать, практика, а его старый наставник Грегори Спетт еще не отошел от дел, Его Светлость приказал освободить для молодого лекаря некоторое количество подсобных помещений, чтобы оборудовать там еще один лекарский кабинет, дабы, с одной стороны, не стеснять своего старого врача, а с другой – дать место молодому.

Когда новый доктор совершил подвиг, стал сэром и женился, над этими помещениями надстроили второй этаж. Так в замке. получился еще один дом.

Дом.

Дом был для Эрика чем-то из очень далеких сказок. Из тех времен, что ему едва-едва помнились.

«Это твой дом, – сказал ему новый наставник. – Это твоя комната».

«И все, что в ней, – тоже мое?»

«Конечно».

«Совсем-совсем мое?»

Нет, он не стал задавать таких детских вопросов. Он промолчал, разумеется. Его все же не один год готовили. Вот только… вся его подготовка теряла смысл под всевидящим взором наставника.

Этот проклятый гном! Этот сводящий с ума, меняющий все правила гнусный коротышка! Было что-то удивительно уютное в его потрясающем умении обладать вещами.

Это казалось грехом, бедой, болезнью, а оказалось – силой, мощью, подвижностью… крыльями…

«Если ты по-настоящему владеешь своей собственностью, она не владеет тобой! – мелькнула мысль. – У тебя не остается власти над ней лишь тогда, когда ты даешь ей власть над собой. Вот тогда она завладевает всем, делая тебя неподвижным и, как все неподвижное, мертвым!»

– Подожди меня здесь, – бросил наставник, когда они подошли к дому, и Эрик послушно замер.

Дверь за наставником неслышно закрылась.

«Вот так вот, – подумал Эрик. – Живешь, живешь, а потом жизнь – раз! – и переворачивается с ног на голову. А то, что тебя никогда не учили ходить на голове, никого не волнует. Изволь приспосабливаться».

– Держи! – Вновь появившийся наставник протянул ему нож.

Точно такой же, как тот, сломанный. Вот только… Эрик взвесил его в руке. Проверил лезвие на прочность.