Междумирье. Белая Дыра. Продолжение книги «Междумирье. Врата Междумирья»

Вам там придётся как-то получить доступ к этому наведению, чтобы дезертировать с контракта.

– Значит, это всё-таки возможно? – обрадовалась Анка.

– На кого я запишу второй пропуск? – спросил, вздыхая, Тартарский, и снова отпил сок.

– Я подпишу два контракта, – заявила Анка, – Я умею менять почерк, и подписываться разными подписями. В школе приходилось химичить.

Он секунд двадцать смотрел на неё провалившимся взглядом, а потом сказал:

– Ладно. Это, всё равно, вскроется, но я только не получу вознаграждение за неотправленного контрактника.

Это бывает – пропал человек… или передумал. Когда будешь готова подписать Контракт?

– Контракты, – поправила Анка, – И два пропуска. Сейчас готова.

Тартарский достал из папки два листа с мелким печатным текстом, с заголовком: «Договор о взаимодействии». Это и был Контракт.

– Вписывай себя, и… не знаю кого, только не Д`Артаньяна с мушкетёрами, – сказал Тартарский.

Анка внимательно прочитала (не особо, впрочем, вникая), и подписала два Контракта.

Один свой – Званая Анна Антоновна, а второй – за «мёртвую душу» – Шарова, тоже Анна, Ивановна. Если что, сойдёт за подружку, которая, вдруг, оказалась в декрете.

– А Пра-Мерцана, это где? – спросила Анка.

– Нигде, – ответил вербовщик, – здесь её называют планета Нубиру. Это блуждающая в космосе земля, которая периодически пересекает путь нашего солнца. Её начали осваивать где-то со времён фараонов, используя внеземные транспортные технологии. Если Феликс уже ушёл, значит, сейчас открыли очередной поток, и отправляют всех набравшихся завербованных.

Стало быть, тебя могут отправить хоть завтра.

– И меня тоже запишут в списки погибших на Донбассе добровольцев? – вкрадчиво спросила Анка.

Тартарский нервно шевельнулся и нахмурился.

– Это не я делаю, – ответил он, – Не знаю, кто. Другая, вышестоящая служба вносит в этот список имена, после получения подписанных Контрактов.

И он положил перед Анкой два шестигранника из зарбина, точно такие-же, как у Феликса.

– 3-

Феликса, мокрого и тяжёлого, куда-то тащили, по крупному колючему песку. Тащили, не особо церемонясь, мешок с картошкой носят нежнее. Его тащили двое, подхватив под мышки грубыми жёсткими руками. Всё болело, и было тяжело дышать. Странный пронзительный запах заполнял воздух. А может быть, это запах самого воздуха? Несмотря на сотрясение, Феликс, едва очнувшись, сразу вспомнил и понял, что он уже не в своём мире.