Я здесь. Я рядом

Зажав в руке спичечный коробок, он было направился в комнату дабы запалить лампадку, сейчас самое подходящее время для заутренней молитвы, как резко остановился, не в силах сделать и шагу. Он смотрел и не мог понять, что же такое происходит, он пытался сообразить, но не мог дать вразумительный ответ самому себе, по поводу всего того, что с ним творится. Лампадка, висевшая перед иконой, светилась весёлым и приятным огоньком. «Но кто, а главное когда зажег её?», мысль навязчивым грузом отозвалась болью в голове.

– Господи, Отец Небесный! Что со мной происходит? Вразуми, дай ответ, наставь на путь истинный, если я сбился с предначертанной жизненной дороги, не оставь меня.

Господь на тебя уповаю!-

– По вере твоей да будет тебе!-

От услышанного Владимир попятился назад, и со всего размаху саданулся спиной о кривой дверной косяк. Спину тут же проткнули сотни игл, каждая из которых доставляла жуткую боль, а ноги предательски согнулись в коленях, опуская всё ниже и ниже непослушное тело. Со стороны он довольно сильно смахивал на наркомана, «словившего приход» от очередной дозы.

Расширенными от увиденного, а может и услышанного зрачками, он смотрел в сторону красного угла. Огонёк, тот самый огонёк лампадки, из жёлтого и тёплого, вдруг превратился в светло-синий, холодный, который к тому же по всем химическим и физическим законам вообще не должен гореть, так как в лампадке не было елея.

– Святой огонь?!– Преодолевая боль Владимир попытался встать и подойти поближе, но она ещё сильнее сковала его.

 – Господи! Ты услышал, и твоя благодать снизошла до меня?!-

– Поднимись. Встань!!!-

Он слышал голос исходящий из соседней комнаты, и слышал отчётливо, ясно, а значит не оставалось никаких сомнений в услышанном. Голос пронизывал все внутренности его тела, покрывая кожу мурашками, и давая силу как душевную, так и телесную.

За всю свою сознательную жизнь Говоров Владимир, а по церковному сану отец Владимир, слышал довольно много разных историй о чудодейственной силе креста, сказаний о великой мощи церковного служения, легенд о чудодейственном божественном исцелении от недуга всех верующих, и тех, кто держит великий пост.

В свои двадцать три года, отец Владимир мог бы смело написать книгу, и не одну, о всех тех историях, что ему пришлось услышать как чисто случайно, так и во время исповеди. Но он чтил лишь одну из немногих основных заповедей – «Возлюби ближнего своего, как самого себя», а это значило, что нужно верить своему ближнему.