Правило номер 8. Погружение. Часть 1

 – Неужто и попытка была?

– Не то, чтобы…

– Но почти. Номер 634, ты прекрасна в своей непосредственности. Что касается меня, то уже послезавтра я начну исполнять своё истинное и единственно верное предназначение. Поверь, тебя бы сразу отвадило беседовать со мной на посторонние темы, если бы ты хоть раз увидела это воочию.

Она в ответ рассмеялась. Эхо от её громкого (хоть, кажется, вовсе неуместного в данной ситуации) смеха волнами разлетелось по многочисленным каменным залам, а затем начало возвращаться обратно.

– Ох, ты. Как же я тебя развеселил. Надо же.

– Ты мне нравишься, Номер 528, правда. И ты это знаешь.

– В последнюю неделю очень многие начали со мной откровенничать. Оказалось, я нравлюсь гораздо большему числу людей, нежели полагал ранее. – Задумчиво произнёс тот. – К чему бы это всё?

Девушка медленным, но верным шагом придвинулась вплотную к мужчине и попыталась взять его за руку.

– Пойдём со мной. Уже поздно.

– Лучше не искушай меня, сослуживец. Хуже будет.

Я понимаю, тебе тяжко пришлось в последнее время, но не настолько же…

Она закатила глаза к потолку.

– Насколько мне известно… по слухам, конечно… подобные тебе не нуждаются в целомудрии. Ваша Сила не угасает от этого.

– Ох, уж эти уши, что слушают всякие нелепицы на ночь.

В глазах собеседницы засверкали искорки. Теперь она ухватилась за вторую ладонь мужчины – ту, что в отличие от первой была надёжно укрыта тканью плотной перчатки.

– Обещаю, я не буду склонять тебя к нарушению Правил.

Просто хочу получить парочку советов напоследок.

– Советов по роду службы, я полагаю? – Руку он отнял.

– И их тоже можно. – Подмигнула девушка, сразу, впрочем, принимая независимый вид. – Но в любом случае, Номер 528, твоя подготовка к заданию окончена. Пора нам идти отмечаться.

Она, присвистывая, подошла к стоящему неподалёку низкому деревянному столику и начала живо складывать в одну стопку разложенные по всей его плоскости листы синтетического пергамента, изрисованные картами, схемами, и исписанные мелким, местами размытым водой, рукописным текстом.

Движения её отличались быстротой и чёткостью. Заметно было: она привыкла исполнять свои обязанности как следует, но в то же время особой радости они ей не приносят. Волосы её были пострижены до плеч, одета она была в мужскую одежду. Лицо, пожалуй, производило впечатление довольно симпатичное, вот только рот казался каким-то чересчур резко очерченным, а губы – тонкими.