Мизгирь да Марфа. Новогодние приключения семейной пары в Берендеевом царстве

Под ногами была натоптанная в снегу тропинка. Значит, здесь ходят люди. Уже хорошо!

Мизгирев повернул направо за угол, потом еще раз направо и увидел деревянное крыльцо и пошел к нему. Вокруг крыльца снег был расчищен. От самого крыльца уходит в лес широкая наезженная укатанным снегом дорога. Вокруг темно, верхушки заснеженных елок освещены луной, и лишь в где-то в конце дороги свет.

Любопытство снова взяло верх. По дороге он сможет вернуться назад к крыльцу, войдет в дом и как-то разберется, чтобы оказаться в салоне красоты, а сейчас хорошо бы глянуть одним глазком, что это за свет там в конце дороги.

Там действительно светло и даже слышатся звуки, похожие на музыку. В канун новогодних праздников везде по городу разные инсталляции и представления – надо бы посмотреть. Для настроения.

Мизгирёв пошел на свет и на звук. Дорога скоро перешла в площадь, окруженную сбитыми из досок навесами и торговыми лавками. Между ними горящие бочки – для освещения. В центре толпа людей окружила трех наряженных под скоморохов музыкантов, которые наигрывают плясовую на двух рожках и бубне.

Люди вокруг приплясывают в такт. Одеты все тоже на старинный лад. Представление? А может, съемки какого-нибудь фильма? Тогда где прожекторы и кинокамеры? Только горящие бочки освещают площадь. Кстати, ни одного электрического светильника и совсем нет электрических проводов.

Странно также и то, что никто не фотографирует и не снимает видео на мобильные телефоны, что было бы так естественно в подобной ситуации.

Может, секта какая? Мизгирёв подошел к одной из торговых лавок под навесом.

– Что за праздник празднуем? – спросил он у бородатого мужчины за прилавком.

– Коляда же! – ответил продавец и протянул Мизгирёву глиняную кружку с чем-то горячим и потому дымящимся.

Отказываться было неудобно. Мизгирёв отхлебнул. Сладко, ароматно и горячо. Кажется, есть немного алкоголя. Ну, ладно. Раз уж отхлебнул, жена сядет за руль. Надо возвращаться.

Мизгирёв залпом осушил кружку, поставил на прилавок, достал из кармана три монетки по десять рублей и положил перед продавцом. Не жалко! Мизгирёв согрелся и повеселел.

Развернувшись, чтобы вернуться по дороге к дому от которого пришел, он сделал несколько шагов и упал.

– Эй! Народ! Молодец захмелел. Отнесите его к Бобылю. Не ровен час – замерзнет! Вон шапку-то уже где-то потерял, – прокричал продавец в толпу через пронзительный визг рожков.