Междумирье. Врата Междумирья. Книга первая

Но Василиса поняла, без лишних слов, его сомнения и ответила:

– Руслан, ты должен идти туда, куда тебе предназначено, и делать то, на что ты способен, а не то, что приходится делать из-за меня. Я тоже не хочу с тобой расставаться… И мы не расстанемся! Учись, утвердись в жизни! Устройся! Надо уметь ждать! Я это понимаю. Я буду ждать. Да, это, как обычно… Все так говорят… Многие говорили… Мы же сможем регулярно видеться! Было бы желание. Это же не на другой планете. Это правильный путь, Русь. Зато потом мы не будем жалеть, что не устроились в жизни.

Знаешь, когда-то наступит этап, когда это будет твоей опорой, и эту опору надо делать сейчас.

– Ты правильно говоришь, Василиса, – сказал Руслан, и ласково погладил её руку, – Ты же Василиса – Василиса Премудрая. Да, так и должно быть. Если мы оба это понимаем, то для нас это не будет проблемой. Я буду учиться дальше.

– Ну, вот, – улыбнулась она, – мы, как всегда, поняли друг друга. Значит, дело пойдёт. Я бы не простила себе, если бы оставила тебя в Дубове!

– Мы живём в современном мире, – ответил Руслан, – где никто нигде не остаётся пожизненно.

Самолёты, поезда, автобусы… Мы доступны друг другу всегда. Было бы желание.

– А желание есть, – тихо сказала Василиса.

– Какое? – вкрадчиво спросил Руслан.

Василиса засмеялась, и вместо ответа поцеловала его. Он обнял её, и, не спеша, стал целовать её в губки, словно обследуя: верхняя губа, нижняя, уголки рта. А она гладила его волосы.

– Не могу остановиться… – сказал он, – Правда, Вась, не могу…

Тогда она прикрыла его рот ладошкой, и сказала:

– Спать будем.

Как тогда, у тебя…

Руслан почувствовал облегчение. Она сама привела его в свою комнату, и в отношении девушки это можно было расценивать очень многозначительно, но он расценил единственно верно: она ему очень доверяет. Он сам не желал её доступности, и в то же время, конечно, хотел её. Хотел обладать ею всей, а не только тем, что видят глаза и трогают руки, и уж если получить её тело, то получить заслужено.

Но никакой заслуги, достойной Василисы, он за собой ещё не видел, и не смел нарушать неприкосновенность любимой.

– Мне тогда очень понравилось спать сидя, обнявшись, – сказала она, – но, может быть, тебе неудобно? Это мне-то было хорошо…

– Василисушка, ты меня выгнать хочешь? – засмеялся он.

– Нет, нет, нет, нет!

– Мне было очень хорошо, поверь.

– Всё равно, раздвинем диван. Хочешь, раздевайся, неудобно ведь всю ночь в одежде.

– Я рубашку сниму.