Мужчина с биографией. Избранное

Кафедрой встал, поправил очки и, глядя в лицо ректорше, сказал:

– Студент Русских, претендует на свободное распределение, все необходимые документы предоставил, причины такие-то, такие-то.

Эта старая дева, нервно опершись руками на стол, вскочила и стала ходить по кабинету, дёргая свой пышной в перманенте, головой:

– Я знаю, что у товарища Русских продуманно всё уже с 1-го курса! – Воскликнула она. Я подумал – как бы в обморок не упала, курва!

Она продолжала:

– У таких, как он – нет никакого патриотизма и совести! Такие, как он едут работать куда – нибудь поближе к морю и солнцу; а не поднимать культуру в наших деревнях!…

Она говорила минут 5 довольно мерзкие и оскорбительные слова, по всей видимости, просто для того, чтобы показать, какая она патриотка, жёсткий руководитель и как она любит нашу бедную, страдающую без таких, как я, деревню.

Когда она закончила, я спросил:

– Извините, я могу идти?

– Идите! – гневно ответила она, и я вышел, уверенный в том, что мне все – таки дадут свободный диплом.

Так и получилось, разумеется.

Мои товарищи тоже, в принципе, были довольны своим распределением. Все прекрасно понимали, что всё это бред сивой кобылы и никто, разумеется, так и не работает в этих дальних деревеньках за копеечные зарплаты. Согласитесь, что каждому ведь своё на роду написано. Если б у меня были другие гены, другое воспитание и ещё целый набор других качеств, возможно, меня и устраивало бы то, что предлагала мне тогда эта коммунистическая страна.

Позже, как это ни странно, в Испании, я столкнулся с деятельницей одного из периферических отделов культуры, но об этом я расскажу в другой главе.

Своей учёбой в институте, я в принципе доволен. Те знания, которые я хотел получить, конечно не получил, если учесть что из 60—70 предметов, изучаемых нами, 40—50 были основаны на «марксистско – ленинском» учении и были просто не нужны, как сейчас выяснилось.

Кроме того, преподавание и требование к учащимся были очень слабыми, поэтому те, кто хотел учиться и самообразовываться – занимались самостоятельно. Положительные моменты в процессе обучения, разумеется, были. Я очень признателен педагогам английской кафедры, впоследствии это мне, ой, как пригодилось, и, институтской библиотеке, где я прочитал очень много, интересующей меня литературы, начиная с Ренуара и заканчивая Маркесом и Борхесом.