Чужая война

Пусть это все зовут игрой —

Мне это не помеха.

Пускай победы нелегки,

Пускай победы нелегки,

Но такова работа.

Пускай хохочут дураки,

Пускай хохочут дураки,

Глумясь над дон Кихотом.

Их сам оставит в дураках,

Насмешек всех сильнее.

И он прославится в веках,

Восславив Дульсинею[2 - Слова В. Аленикова, музыка Т. Островской. Песня из кинофильма «Каникулы Петрова и Васечкина, обыкновенные и невероятные».].

Да уж, герой… Хотя, может, и станет, если Тортон все-таки удастся отстоять.

Позади раздалось хлопанье. Володя резко обернулся. Там, удобно расположившись на травке, сидели Аливия с братом.

– И давно вы тут?

– С момента, как вы заиграли какую-то странную мелодию, милорд.

– Володь, а ты мне раньше эти песни не пел. И знаешь, я почти все-все поняла. Давай продолжим учить твой язык! Мне он нравится. И кто такая Дульсинея, которую ты восславлял? – В голосе девочки послышались ревнивые нотки. – Она была твоя невеста на родине, да?

Мальчик расхохотался.

– Потише, стрекоза, я не могу на все сразу ответить. А насчет Дульсинеи можешь не переживать, эта почтенная дама – невеста одного благородного рыцаря, который отправился в путь, чтобы восславить ее имя, побеждая врагов.

– Ух ты! – Глазенки Аливии радостно засверкали. Тут она покосилась на брата: – А ты бы вот так смог отправиться в путь, чтобы прославить свою невесту?

Руперт отчаянно покраснел, потом пробормотал, что типа все это ерунда и что он не благородный, чтобы заниматься разной дурью.

– Простите, ваше сиятельство, я совсем не имел в виду вас…

Володя перескочил через перила беседки, оставив гитару там, сорвал несколько невзрачных цветков, подошел к Аливии и опустился перед ней на колени, протянув букетик.

– Все ради вас, прекрасная леди.

Аливия вдруг смутилась, покраснела и замерла, не зная, что сказать. Володя улыбнулся, связал стебельки и приладил букетик девочке в волосы.

– Ай! – Аливия обиженно пискнула и уставилась на Володю.

– Рот закрой, а то птичка залетит, – серьезно посоветовал мальчик.

Рядом невоспитанно хрюкнул Руперт и отчаянно попытался не расхохотаться.

Володя сыграл еще несколько мелодий, а Аливия попросила записать слова про «нам дворцов заманчивые своды не заменят никогда свободы» – решила попробовать перевести. Мальчик поднялся.