Альвандер: Кристалл Альвандера. Корабль Альвандера

Не расстраивайся так!

– Дело не в этом, – отозвался я безжизненным голосом. – Ведь получается, что Барьер не только мешает нам вырваться в Галактику… Получается, он еще охраняет нас от Галактики?

Я не открывал глаза. Не хотелось никого видеть.

– Получается, так, – наконец ответил Стив.

– Значит, Барьер должен остаться?

– Гм… этот момент мы можем обсудить. – Я резко распахнул глаза и уставился на Стива. – Какой бы ни была благоустроенной тюрьма, но она останется тюрьмой.

– Только Земля тогда будет беззащитной?

– Почему это? – удивился Стив.

– Вы же сами говорили про готовность…

– Вот об этом мы и хотели с тобой поговорить. Хотя… – Стив метнул на профессора сердитый взгляд, – похоже, что кое-кто совершил ошибку. Впрочем, теперь уже поздно что-либо менять. Давай я расскажу одну историю, а ты уж сам делай выводы.

Я сел на диване и недоверчиво посмотрел на Стива. Сегодня меня ничем больше удивить было невозможно.

К ужину я опоздал. Отец, встретивший меня на пороге и уже хотевший что-то сказать мне по этому поводу, увидев мое состояние, передумал.

Лишь молча кивнул. А вот сестренка оказалась более настойчивой. Но в конце концов и она что-то уловила в моем изменившемся эмофоне и отстала. Не раздеваясь, я плюхнулся на кровать и так пролежал до поздней ночи. Не знаю, сколько было времени, когда я встал и прошел в комнату Василия, сел перед ним в кресло и стал внимательно его разглядывать. Василий закрылся, но я все равно улавливал сквозь щит его заинтересованность и растерянность.

– Ты знал? – не прибегая к мыслеобщению, спросил я.

Словами Васька ответить мне почему-то не захотел и отозвался мысленно:

– О чем?

– О Стиве Дональсоне и обо всем остальном. Ты ведь не мог не знать. Ты же общаешься со всеми биокомпами.

– Точно так же, как ты общаешься со всеми людьми. Можно ли слушать всех сразу и услышать то, что тебя интересует?

– Не увиливай.

Разговор был довольно странный. Я говорил вслух, а Васька отвечал мысленно.

– Я все равно не понимаю, что ты хочешь от меня.

– Почему ты ничего не говорил мне?

Васька молчал. Я терпеливо ждал.

– А почему ты не все говоришь мне? Например, почему я о твоей работе узнал только сегодня?

– Ну… я… гм… это же совсем другое! Это личное… и потом, это не доделано. Работа еще не закончена.

– А та работа не будет закончена никогда. Зачем о ней знать всем? Пусть знают только те, кто ей занимается.