Сто шагов назад

 – У меня под головой… возьми…

Эван машинально сунул руку под шкуры, служившие Рут изголовьем, и почти сразу нашарил там какой-то плоский, твёрдый предмет. Он вытащил руку и недоумевая стал рассматривать оказавшуюся в ней серебристую четырёхугольную пластинку, с одной стороны плокрытую непонятными рельефными символами. Она была небольшая, по размеру раза в два меньше ладони. В одном углу пластинки очень неаккуратно было проделано отверстие и в него продет потёртый кожаный ремешок.

– Что это? – спросил Эван.

– Он сказал… это амулет…

Нет, не амулет… она опять сказала какое-то слово, которого Эван не знал.

– Кто сказал? Для чего это?

– Я не знаю… только мой дед знал… Ты не веришь… Но есть место, где есть много таких вещей… Его легко найти… В горах…

– Но горы простираются на много дней пути на север…

– Недалеко… Там, где заканчивается ущелье… есть… белая скала… Там есть знак… три камня соприкасаются друг с другом… и четвёртый лежит сверху… в ста шагах на запад… будет пещера… Когда ты увидишь, ты поймёшь…

Старуха замолчала.

Эван ещё некоторое время стоял, растерянно вертя в руках странный предмет, а потом спросил:

– Что в той пещере, Рут? Что я там должен увидеть?

И только тут он понял, что старуха замолчала навсегда.

***

В деревне не было кладбища. Умерших заворачивали вместе с камнями в кусок кожи, отвозили подальше в море и отдавали морским богам. Так было с самого начала, со времён основания посёлка.

Рут тоже отдали морю как и всех остальных.

А хижину её сожгли. Шаманка сказала, что там могут обитать злые духи, способные причинить людям вред. Эван с досадой смотрел как охваченная всепожирающим пламенем хижина становится бесформенной кучей, съёживается и рассыпается на куски. Он хотел как-нибудь незаметно пошарить в доме старухи в поисках других необычных предметов, но теперь было поздно – все её тайны у него на глазах превращались в пепел.

– Зачем она мне всё это рассказала? – спрашивал себя Эван. – Потому что я единственный зашёл в её жилище? А если бы зашёл кто-то другой?

Он не понял и половины из того, что говорила старуха.

Теперь всё это казалось ему горячечным бредом, который он бы давно благополучно забыл, если бы не странная пластинка на кожаном ремешке, которую юноша повесил себе на шею. Во-первых, пластинка настоящая, её можно рассмотреть и пощупать. Во-вторых, материал, из которого она была сделана, точно такой же, как и тот, из которого сделан Ин-ну.