Обретение дома

– Скажите… – Риола несмело выглянула из-за спины князя, под общими взглядами она сжалась, но все же закончила: – Ведь если бы моя помолвка и помолвка принцессы расстроились… Вольдемар и принцесса могли бы…

– Ах ты ж!.. – Герцог Алазорский от избытка чувств стукнул себя по коленам. – Ну конечно, такие бы слухи и пошли. Герцог Алазорский предает короля и подговаривает своего внебрачного сына жениться на принцессе. После остается только устранить короля…

– Ваш внебрачный сын?! – удивленный крик Риолы.

– После такого весь Совет встал бы на дыбы, – спокойно констатировал Танзани. – А после того как тебя устранили бы, Вольдемар тоже недолго бы продержался… как полагали они. Но стоит ли эта комбинация разрыва помолвки с принцессой?

– Отвечаю по порядку! – поднял руку герцог. – То, что Вольдемар мой внебрачный сын, – это слух, который ходил в свое время при дворе и который я не опровергал. Полагаю, он и сейчас ходит. Разрыв помолвки. Значит, они считают, что цена того стоит.

Убрав меня и Вольдемара, из-под трона выбивают опору, после чего король становится игрушкой высшей знати и уже ничего не решает, а брак с сестрой «игрушки» ничего роду не дает. Это, конечно, пока только поверхностные рассуждения, тут еще думать и думать. В общем, граф, дело вам найдется по возвращении в столицу. Да и мне тоже. Сейчас все зависит от того, кто кого переиграет. И план князя по ослаблению аристократии мне представляется все более правильным. Мы можем позволить себе еще одно поражение… при условии, что основные потери придутся на войска Совета.

– Надо подумать, – отозвался граф.

– Если я вам не нужен, я пойду, а то Аливия уже заждалась. – Князь поднялся. – Поскольку расклада при дворе я не знаю, то вряд ли сумею помочь в ваших размышлениях.

Герцог неодобрительно посмотрел на него, но задерживать не стал. Он не знал, что при ремонте замка были сделаны специальные слуховые отверстия, позволяющие прослушивать все гостевые комнаты. Главное сейчас вовремя отыскать Крейса и Джерома – пусть послушают, а потом прокомментируют.

Князь запрятал совесть поглубже. И пускай граф и герцог сейчас вроде бы его друзья и союзники! Предавать их он не собирается, но без него, вдвоем, они могут быть более откровенными, чем с ним. Кто знает, как там дальше жизнь повернется? В конце концов, его отец тоже верил тому, кто его убил. Он будет верен своим клятвам, но шансов ударить в спину не даст никому.