Обретение дома

– Какой, ваша светлость?

– Лучше, когда учителем является человек, которому доверяешь, – говоря это, он пристально смотрел на бывшую герцогиню. – Конечно, у общества может возникнуть недопонимание того, что воспитательницей сестры князя стала жена мятежника, но этот вопрос решаем. Для меня же главное, что воспитатель имеет очень большое влияние на воспитанника. Достаточно завоевать доверие ребенка и можно слепить из него кого угодно. Даже сделать моим врагом…

– В чем ты подозреваешь маму? – фыркнула Аника. Как всегда, не сдержанна и, как всегда, забыла о всяком этикете, водилось за ней такое, когда сердилась.

– Что вы, милая Аника, – чуть улыбнулся князь, наблюдая, как лицо девочки пошло красными пятнами гнева: жуть как не любила она обращение «милая Аника». Он это знал, но удержаться, чтобы не подразнить ее, не мог. – Я никого ни в чем не подозреваю. Я ведь сразу сказал, что хотел просить твою маму о помощи, но никак не мог решиться. В связи с этим мне и хотелось видеть наставницей Аливии человека, которому я могу доверять.

Улияна одернула дочь, велев ей успокоиться и вспомнить о воспитании. Девочка спорить не рискнула и замолчала, сверля князя гневным взглядом. При этом его безмятежное спокойствие и улыбка, когда он смотрел на нее, еще больше распаляли ее. Все-таки хорошо тут дворянок учат, будь это в его родном мире, девочка уже кричала бы что-то вроде: «Хватит относиться ко мне, как к маленькой! Я уже взрослая и сама знаю, что мне делать, а что нет!»

Закричи она так, и он вполне мог подумать, что вернулся домой.

– Так как? Поможете мне?

– Вы, князь, настолько доверяете мне? – осторожно спросила Улияна.

Все она поняла правильно и предупреждение расслышала, а спросила просто, чтобы услышать ответ. Он улыбнулся.

– Да. А что, есть причины сомневаться в вашей верности?

– Что вы, князь. – Улияна слабо улыбнулась. – Я буду всегда верна вам. И мне хотелось бы стать полезной для вас, ваша светлость

– Ну, вот и договорились.

– Но, Володя…

– Кнопка, успокойся. Госпожа Улияна, Аника, подождите, пожалуйста, в приемной, мне надо поговорить с Аливией, а то кто-то, кажется, возражает против учебы.

Девочка насупилась, но покорно дождалась, когда Улияна и хихикающая Аника выйдут. Только тогда взорвалась:

– Я не хочу учиться этому тикету! И вообще! Ты сам говорил, что учитель может влиять на ученика.

– А ну тихо! Тикет она учить не хочет.