Бикфордов час

Поскольку в особых мероприятиях, кроме уничтожения бандитов на Северном Кавказе, я участия не принимал, в моем личном деле могли быть предложения по моему использованию в дальнейшем. То есть командование выставляло мне оценку за то, что я уже сделал, и высказывало предположения, на что я способен. Не знаю, как другим, но мне было бы не просто интересно, но и полезно со своим личным делом ознакомиться, чтобы знать, какие моменты мне следует дополнительно проработать и какие направления требуется в своей службе развивать.

Это естественное желание, хотя и невыполнимое.

– А скажи-ка мне, Валентин Иванович, за что тебя из госпиталя выгнали? – поинтересовался полковник Росомахин.

– За «нарушение больничного режима», товарищ полковник, – коротко ответил я известной мне формулировкой, поскольку медицинская книжка военнослужащего не является настолько же секретным документом, как личное дело офицера разведки, и я имел возможность туда заглянуть.

– Режим можно нарушать по-разному. Для кого-то это запой, для кого-то постоянные отлучки по ночам.

Что у тебя было? Не «квасил»?

– Никак нет, товарищ полковник. Я не пью принципиально. В детстве насмотрелся на пьяного отца и решил, что никогда не буду пить. И не пью…

– А в госпитале? Что там было?

– По большому счету пустяки. Но они чем-то унижали, видимо, врачебный персонал… Короче говоря, я просто начал интенсивно тренироваться, чтобы привести себя как можно быстрее в боевую форму. Все-таки три с половиной месяца в гипсе – это для меня слишком много.

Тело одрябло. И я взялся приводить себя в порядок. А потом лечащий врач застал меня на турнике во время выполнения сложных силовых упражнений.

– Откуда в госпитале турник? – не понял Росомахин. – Его что, в операционной установили?

– Никак нет. Я заплатил госпитальным слесарям-сантехникам, они сварили металлический турник и вкопали его во дворе госпиталя. Прямо в газоне. Две трубы и лом между ними.

– И что, турник вместе с тобой, старлей, «выписали»? – весело спросил майор из-за соседнего стола.

– Никак нет, товарищ майор. При убытии я видел, как сами молодые врачи на этом турнике червями извивались. Ни один, кажется, подтянуться не сумел…

– Ладно. – Полковник закрыл мое личное дело и прихлопнул ладонью по папке, словно точку в каком-то вопросе поставил. – Нас вариант с турником устраивает. Хорошо бы, ты в моем кабинете турник устроил. А то толстею не по дням, а по часам.

– Могу, товарищ полковник, хорошую диету предложить.