Цифровой шквал

Повар, хоть кто-нибудь из группы Повара, отзовись! – тщетно старался пробиться через эфирные помехи Сакратов, в который уже раз вызывая на связь подполковника Варнакова.

– Сократ, я – Кенар, – вместо Варнакова отозвался майор Канарейкин. – Я так понимаю, что ты Повара не слышишь, а он тебя. У меня с ним связь нормальная, с тобой тоже.

– Между нашими группами пригорок, – объяснил Сакратов. – Мои спецы говорят, пригорок на шестом диапазоне способен помешать установить контакт.

– А на пятом? – спросил Канарейкин.

– А на пятом не потянет, Владим Саныч, – ответил за командира майор Литовченко.

– Если Косец говорит, что не потянет, мне остается только согласиться, – сказал Канарейкин. – Но вот тут Повар подсказывает, что мы начинаем сходиться. Дистанция сокращается. Может, через километр можно будет на пятый диапазон перейти?

– Это можно узнать только опытный путем, – громко вздохнул в микрофон Литовченко.

– Так что, начинаем движение?

– Начинаем, – сказал майор Канарейкин. – Взвод обещает прибыть только к рассвету. Выйдем на позицию, там все решим окончательно. Со стороны Павла Александровича поступила настоятельная просьба исключить всякую горизонтальную стрельбу. Я полностью поддерживаю такую просьбу. База бандитов в урочище, откуда их не выпускать. Если где-то прорвутся, стрелять в горизонтальном направлении только себе за спину.

– Согласен. – Сакратов слышал, что недавно в подобной ситуации в одной из частей спецназа внутренних войск один взвод перестрелял половину другого. – Это приказ для всех!

– Это приказ для всех! – передал Канарейкин распоряжение своей группе.

Наверное, и подполковник Варнаков приказал своей группе то же самое, но его приказа в ОМОГ Сакратова услышать пока не могли.

– Двинули! – как всегда негромко, но внятно приказал Сакратов и первым шагнул на тропу.

– Двинули, – майор Канарейкин дал аналогичную команду своей группе, находящейся где-то у подошвы соседнего хребта.

Команду Варнакова группа Сакратова опять не услышала...

* * *

Дальнейшее передвижение выполнялось уже не строго по тропе, но в боевом порядке, который требовал наступления развернутым строем.