Чужая кровь

И потому он, отступив, не пошел в обратную сторону, то есть избежал сближения, хотя для него никакой опасности в этом случае не было. Эмир находился слева от майора, а тот держал нож в правой руке, и, чтобы дотянуться до противника своим оружием, майору требовалось развернуться на девяносто градусов, что он сделать из-за инерционного движения своего тела вперед, конечно же, сразу не мог. Такой разворот по силам разве что хорошо тренированному акробату, привыкшему вертеться в разных плоскостях одновременно.

Сам мент, похоже, опасности своего положения не ощутил и не понял, что эмиру ничего не стоит сделать только шаг и сзади подставить свой нож к его горлу, и думал только о том, что он едва-едва не достал ножом эмира, самую малость не хватило.

И вдохновился, судя по движениям его тела, на новые такие же безрассудные «подвиги». Посчитал, что в одной из следующих атак обязательно Омахана достанет. Просто майор не понял еще, насколько тонко эмир умеет чувствовать дистанцию и не отскакивает далеко, когда противник не может его достать. Это чувство дистанции всегда позволяло Старшему брату Сатаны иметь возможность вовремя начинать контратаку для нанесения решающего удара.

– Эмир, – сказал один из гази, – тут местный мальчишка на трубку все снимает. Отрезать ему голову?

– Пусть снимает. Это нам реклама будет…

Пара противников снова начала кружить один вокруг другого. Мент в странной для ножевого бойца стойке борца, эмир – в более высокой и прямой стойке. Мент был весь как пружина, как кошка, готовая к прыжку, Омахан казался расслабленным и спокойным.

Он даже дышал спокойно, поскольку еще не совершил ни одной атаки. А дыхание может сбиться как раз во время атаки, что и произошло с ментовским майором, который уже дышал заметно неровно. Наверное, он был еще и заядлым курильщиком, тогда как Старший брат Сатаны не курил вообще никогда. Даже в своем уголовном прошлом, когда все практически вокруг него курили, он предпочитал держать свои легкие в чистоте.

– Долго так скакать по кругу будем? – спросил мент.

– Недолго, – ответил эмир, сделал короткий шаг вперед и ударил левой, свободной рукой майора в лицо, пальцы при этом держал растопыренными, и понял, что своего достиг. Один палец попал майору в глаз, и тот откинулся всем телом, отпрыгнул, чтобы проморгаться. Моргает человек в таком положении всегда двумя глазами. А когда моргает, видит хуже и видит не все – с закрытыми глазами много не увидишь.