Двенадцать раундов войны

– Тебя волкодавы в задницу кусали?

Вопрос прозвучал неожиданно и вроде бы не соответствовал обстановке. Насухан даже слегка растерялся. Но все же ответил:

– Только когда маленький был. Овчарки в селе. Дважды было дело…

– Маленьких они всерьез не грызут, пугают только. А взрослого?

– Аллах милостивый уберег. – Насухан даже руку к сердцу приложил и на небо с благодарностью посмотрел.

– Чем, думаешь, может кончиться дело, если в тебя волкодав вцепится?

– Мало хорошего, амир. Они упрямые и страха не знают.

Не отпугнешь и не отвяжешься. С ними так: или хозяин их уберет, или ты его убьешь, или он тебя. Другого не бывает.

– А про волкодавов из спецназа ГРУ ты слышал?

Самодовольное выражение в глазах Оздемирова исчезло.

– Доводилось, амир. Эти тоже – прицепятся и додавливают. Их только на собачьи бои выставлять. Только они дерутся по-волчьи, насмерть…

– Там, на дороге, взвод спецназа ГРУ охраняет следственную бригаду. Хочешь их себе «на хвост» посадить?

– Я понял, амир.

Нам лучше не соваться. По крайней мере, без засады.

– Вот именно…

Говорить кому-то из своих моджахедов о людях, которых он рассмотрел в бинокль, Джабраил не собирался. Это его личное дело, а личные дела он не любил выносить на публичные обсуждения.

– Все. Поднялись. Уходим, – прозвучала команда.

Амиру никогда не приходилось повторять сказанное. Моджахеды слушались его беспрекословно. И быстрый марш начался сразу. Следовало торопиться.

Сегодня еще предстояло проводить в дорогу имама Габисова. На календаре среда, а в пятницу имаму предстояло проводить намаз в своей мечети. А перед намазом имам всегда проводит день в тишине и требует, чтобы ему никто не мешал. Ему необходимо сосредоточиться, чтобы потом стать связующим звеном между волей Аллаха и верующими. Имам никогда не говорил, что он является связующим звеном между самим Аллахом и верующими мусульманами. Но всего – только посредником воли его. Так и самим верующим нравилось больше. Имам казался им скромным. Таких людей обычно уважают.

Джабраил умел быстро ходить. В отличие от своих моджахедов, он никогда не курил, а многолетние занятия спортом его здоровье не подорвали. Только в плохую погоду, в промозглую сырость, частенько ныли кисти в сломанных пальцах. Но без таких травм ни один боксер в своей карьере не обходится. И часто на быстром марше Джабраил вставал ведущим в джамаате и задавал темп.