Хищная диаспора

Мы с ней не спорили, продолжали расспрашивать о мелочах, которые, казалось бы, к нашей основной задаче никакого отношения не имели. Но никогда заранее не знаешь, что может оказаться для тебя самым важным или вообще совершенно лишним.

Она рассказывала, что жизнь в новой семье мало чем отличалась от прежней, привычной. Может быть, обычаи в отношении женщин и их поведения здесь были чуть более строгими, чем в ее родном осетинском селе, но Аллар быстро к этому привыкла.

В своем селе она могла свободно остановиться на улице, чтобы поговорить со знакомыми парнями.

На новом месте для замужней женщины это было чревато, вызывало осуждение с разных сторон.

Она родила Рагиму двух дочерей – Айну и Адилю. Жили они вполне спокойно и счастливо.

Но так продолжалось только до тех пор, пока в селе не появился Исмаил Салихов. Это был еще довольно молодой проповедник и ваххабитский имам.

В селе, разумеется, уже была мечеть. Он начал строить еще одну, ваххабитскую. Неизвестно, кто за это платил, но дело шло быстро.

Недостатка ни в чем не ощущалось.

Аллар толком не знала, чем новому имаму так понравился Рагим. Еще труднее ей было определить, почему ее муж стал во всем слушаться этого человека. Теперь они постоянно проводили время вместе, каждый вечер пили чай.

К тому времени Рагим уже построил собственный дом неподалеку от родительского. Там он и принимал гостя. На время их долгих бесед мужчины просили Аллар выйти в другую комнату или на кухню.

Перемены в муже она увидела уже вскоре.

Рагим начал изучать арабский язык, который давался ему легко. Тут сказался его твердый, упертый характер, помогающий преодолевать любые препятствия. Вскоре он уже мог читать на арабском. Учителем выступил, естественно, имам Салихов.

Тогда же вокруг Рагима собралась группа молодых парней. Он занимался с ними боевой и физической подготовкой, разумеется, в той мере, в какой сам знал ее.

Мне было несколько странно услышать такие слова из уст женщины, но я понимал, что она лишь повторяла то, что слышала от мужа.

Аллар говорила о нем с гордостью. Хотя я, офицер спецназа, прекрасно знал, что младший сержант воздушно-десантных войск может научить молодых парней именно, как Аллар заметила, тому, что умел сам, но никак не большему.

У меня во взводе четыре младших сержанта – два командира отделений и пара снайперов. Однако я не представлял никого из них на своем месте, в качестве командира взвода.