Людопасы. Космическое путешествие корреспондента

– Может ли так внешняя среда влиять на поведение корабля? – командир сделал какие-то пометки в бортовом журнале, – включить аварийную посадку.

Но его голос уже потонул в нарастающем грохоте. Корабль трясло как погремушку. Капитан с усилием дотянулся до кнопки «Аварийная посадка», нажал, и его тут же отбросило в сторону.

Первый пилот до немоты в руках сжимал рукоятку пульта управления. Корабль приблизился на критическое для посадки расстояние к поверхности планеты.

– Под головным обтекателем короткое замыкание.

Мы не сможем благополучно сесть, – кричал изо всех сил на ломаном русском охрипшим голосом аэронавт – американец, но его слова потонули в грохоте двигателя, – держитесь, кто за что сможет. Будем приземляться.

В этот момент космический корабль накренило, раздался страшный скрежет, и члены экипажа как по команде ухватилась за поручни. Корабль протянуло по поверхности планеты несколько сотен метров. Побелевшими от усилия руками пилоты старались удержаться за все, что попадало под руку.

Даже ремни безопасности не давали уверенности в тянувшемся по поверхности планеты корабле. Вдруг корабль налетел на какое-то препятствие и резко остановился. Ремни безопасности лопнули, вся команда полетела в стену кабины и только тогда космический корабль смог остановиться. Все стихло.

Первым поднялся командир Филипп Филиппович. Он стоял дальше всех от стены, поэтому при падении очутился сверху на телах пилотов. Помогая подняться остальным членам экипажа капитан, глядя на ссадины на лицах команды, беспокойно покачивал головой.

Больше всего досталось младшему пилоту. При падении он, оказавшись под всеми, вывихнул ногу. Почти не ступая на больную ногу, младший пилот Казах еле добрался до своего кресла.

– Все живы и то хорошо, – командир, подходя к каждому члену экипажа, осматривал лица команды, щупал руки, плечи, проверяя, нет ли переломов.

– Осмотритесь, будем готовиться открыть люки. Ждите дальнейших указаний, – и командир взял бортовой журнал сделать необходимые записи.

Команда расселась по местам. Потирая ушибленные места, Василь достал свой дневник.

«Чувство в первый момент посадки: бездна, скорость, неопределенность. Все это воспринимается чрезвычайно драматично и критически. Эмоции значимые страху. Обостренно подвергается анализу сложившаяся ситуация. И хотя каждый из нас еще до того, как дал согласие участвовать в экспедиции, понимал, что назад мы можем не вернуться, в тот момент умирать все равно не хотелось.