Кавказский фокус

А с Джамсутдином этот остался, второй…

– Как его зовут?

– Мансур называл его Бабуром[11 - Бабур – Захир-ад-дин Мухаммад Бабур (лев, полководец), сын эмира Ферганы, по отцу – потомок Тамерлана, по матери – потомок Чингисхана. Основатель государства на территории средневековых Афганистана, Пакистана и Индии и основатель династии Великих Моголов.]. Но это, как я понимаю, кличка. Такого имени среди дагестанцев я не встречал.

– Он – дагестанец? – спросил подполковник Староверов.

Допрашиваемый Али пожал плечами, показывая свою неинформированность, но кивнул в сторону дома.

Дескать, это может знать Джамсутдин. Его следует спросить.

– Кистинец[12 - Кистинцы – этнические чеченцы, компактно проживающие в Грузии рядом с российской границей в Панкисском ущелье в верховьях реки Алазани.]… – уверенно ответил за Али следователь. – У нас есть такие данные.

– А почему не в Чечне работает, если кистинец?

– Был и там. Почти месяц. Оттуда его погнали. Слишком много власти захотел.

А чеченцы власть ни с кем делить не любят. Слишком большим авторитетом себя посчитал. Даже в Ингушетию пытался сунуться, но туда его вообще не пустили. Еле ноги унес вместе со своей хваленой кирасой.

– Но Бабур – это и не чеченское имя…

– Темирханов правильно говорит. Бабур – это кличка. Ты свободен, Темирханов. Что-то интересное вспомнишь, сообщи… Можешь товарищу подполковнику, можешь прямо в приемную к нам, скажешь только, по какому делу, тебя к майору Лимонову направят.

Ему передашь…

Следующим допрашивали Джамсутдина Абдурашидова. Но тот в подробности не впадал, отвечал коротко «да» или «нет» и ничего не рассказывал. Сообщил только, что от него требовали отремонтировать беспилотник вертолетного типа, который ему завтра привезут. Он отказался, потому что нет запчастей. И заявил, что вообще работать на них не стал бы, если бы даже запчасти и были. Тогда все и началось.

– А ты специалист? – спросил следователь.

– Я – мастер спорта по авиамоделизму.

Больше он ничего рассказывать не стал. Словно сообщил что-то лишнее и боялся, что это может против него обернуться. Весь допрос скомкал. Ограничился тем, что «пришли, потребовали позвать Али», располагая, видимо, какой-то информацией. Рассказывать подробности Джамсутдин не пожелал. Это было характерное поведение для человека, только-только вернувшегося с «зоны». Но подполковник Староверов по глазам парня понял, что тот сам что-то замыслил.