Охота на брата

Тут прежде всего важны умение и навыки снайпера. Но у меня на роту всего одна крупнокалиберка, хотя есть два снайпера-профессионала, умеющие ею владеть.

– Кроме старшего сержанта Наруленко в твоей роте еще кто-то есть? – с удивлением осведомился начальник штаба. – Я знаю, у тебя снайперы с обычными СВД в каждом взводе имеются. А кто еще профессионал?

– Командир саперного взвода старший лейтенант Слава Скорогорохов раньше снайпером служил. Потом был какой-то случай. Он женщину убил, снайпера противника, и в саперы перешел.

Нервы в тот момент подвели. Говорит, у сапера и у снайпера характеры похожи. И тому и другому спешка и суетливость противопоказаны.

– Так что, твой Скорогорохов желает снова в снайперы пойти?

– Никак нет, товарищ майор. Но, будь у нас вторая крупнокалиберка, я бы его уговорил. Необходим нам второй такой снайпер.

– Ты ведь знаешь, что я не терплю сослагательного наклонения. Если бы да кабы!.. – довольно резко и упрямо сказал Смурнов.

По отряду ходили слухи, что легче смертельно раненному выздороветь, чем выпросить что-то из запасного оружия у начальника штаба.

– Товарищ майор! – чуть не взмолился Василий Николаевич. – Я видел на складе винтовку, так необходимую моей роте. Выпишите ее нам. Вячеслава Аркадьевича Скорогорохова я уговорю. Будет две должности совмещать, командира взвода саперов и снайпера.

– Тем, что на складе хранится, лично распоряжается командир сводного отряда подполковник Репьин. Даже я вынужден обращаться непосредственно к Виктору Васильевичу, чтобы получить шлем от «Ратника» для кого-то из вертолетчиков.

Он бывает им необходим для поддержания связи с нашими подразделениями. Но это ведь только шлем. А уж крупнокалиберку подполковник пуще глаза собственного бережет.

– Но толку-то от того, что винтовка на складе пылится, даже в бинокль не просматривается. А в реальном бою от нее был бы результат, причем очень даже неплохой.

В глазах у начальника штаба капитан Одуванчиков внезапно уловил незнакомый блеск.

Майор, обычно прямолинейный, заговорил вдруг непривычным для себя тоном:

– Давай, Василий Николаевич, так с тобой договоримся. Я должник перед старшим следователем Вострициным. Суть растолковывать не буду, скажу только, что в сложной ситуации он мне жизнь спас. В прошлый раз ты ему помог, и вся заслуга тебе принадлежит, поскольку операция против эмира Волка тобой начата. Постарайся и в этот раз. Только так, чтобы приоритет уже ему принадлежал.