Охота на брата

Заметив подполковника Омаханова, он как шлагбаумом перегородил дорогу своей длинной сухощавой рукой, то ли останавливая коллегу, то ли просто приветствуя его.

– Ну вот, на ловца, как говорится, и зверь бежит, – сказал Сергей Николаевич.

– Это я, что ли, зверь? – Омаханов, честно говоря, слегка недолюбливал Вострицина за его слишком уж моложавый вид, за то, что тот всегда был одет так, словно только что от портного вышел, и вообще за всегдашнюю везучесть во всем, и поэтому не желал останавливаться для разговора, как он считал, ни о чем.

 – Извини, меня генерал вызвал.

– Я в курсе. Сам по тому же вопросу. Ты после генерала загляни ко мне в кабинет, я тебе один номерок сброшу. Это человек, который тебе основательно поможет. Советую с ним активно сотрудничать. Он и в других делах будет в состоянии оказать содействие. Короче говоря, я тебя жду. Ты слышал, наверное, что нам удалось задержать эмира Наримана Бацаева. Так вот, основная заслуга в поимке этого бандита принадлежит именно капитану Одуванчикову.

Я в этом деле просто статистом был, честно говоря. А этот командир разведывательной роты спецназа ГРУ, телефон которого я тебе дам, большой специалист по устройству различных ловушек. Твоего брата он тоже сумеет поймать.

«Так вот для чего меня заставили копаться в архиве и разыскивать старые дела Магомедгаджи, – понял вдруг подполковник Омаханов, покрепче прижал папки с уголовными делами к груди и открыл дверь в приемную. – Ящер желает задействовать меня в поимке брата.

Но что Гаджи опять натворил? За что его сейчас ищут? Он ведь вроде бы только что освободился и ничего еще сделать не мог, попросту не успел еще».

Секретарша Муслима сидела за столом с телефонной трубкой в руке.

– Он уже здесь, Анатолий Петрович. Хорошо, – сказала она и положила трубку на аппарат.

Не бросила небрежно, как делают, рисуясь перед всеми подряд, многие секретарши, желая показать свою независимость от шефа, а именно положила, аккуратно и сдержанно.

– Товарищ генерал как раз спрашивал про вас. Заходите. Он ждет, – проговорила девушка и стала рассматривать свой сложный маникюр, больше не интересуясь подполковником.

Генерал-майор Щуров сидел за своим столом, с двух сторон заваленным папками с уголовными делами, но прямо перед ним он был почти чист, если не считать нескольких разрозненных листов принтерной распечатки. Первый из них был отпечатан на бланке управления.