Охота на брата

Свидетели говорят, что возглавлял банду человек, по описанию и фотороботу, который удалось сделать, сильно похожий на твоего брата.

– Следовательно, в значительной мере и на меня. Мы же с ним как-никак близнецы.

– Зачем так сразу, Манап Мансурович? Вы не настолько схожи, чтобы можно было спутать вас, – проговорил генерал, отодвинул монитор на край стола, развернул его так, чтобы изображение было видно и старшему следователю по особо важным делам, и ему самому, после чего с некоторым даже сердитым размахом ударил по клавише «Еnter», включая запись.

На экране сначала появилось только худощавое лицо человека, судя по всему, небольшого роста. Потом изображение уменьшилось, и стало видно, что он стоит на коленях. За спиной у него держался другой человек. Он приставил к затылку этого бедолаги ствол пистолета. Лица его видно не было, но телефон в неуверенной руке того типа, который все это снимал, качнулся.

Человек с пистолетом сразу закрыл свое лицо свободной рукой и резко проговорил:

– Меня не снимай, балбес.

– Понял. Не снимаю, – раздался тонкий, почти мальчишеский голос, а телефон опустился в прежнее положение еще раньше, чем прозвучали эти слова.

– Так что, хочешь жить? – Этот вопрос человека с пистолетом был явно обращен к тому бедняге, который стоял на коленях.

– Кто же жить не хочет? – ответил тот, и съемка с высоким разрешением показала, как по его щеке скатилась слеза.

– Тогда произноси то, что тебе сказано. Не забыл? Или тебе текст нужен? Если так, то мы можем и написать его на листочке.

– Братья! Не слушайте этих уродов. Их мало. Все остальные нормальные. Отомстите за меня!

Выстрел раздался с небольшим опозданием. Пуля вошла в голову через затылок, а вышла через лоб, разворотив его и сразу залив лицо кровью.

Генерал выключил запись.

– Я не увидел здесь брата, – сказал Манап Мансурович.

– А я разве говорил, что он здесь присутствует? Я сказал только, что и по словесному портрету, и по фотороботу твой брат подходит под эмира банды.

– Значит, костюм себе он так и не купил, – задумчиво произнес подполковник юстиции. – А моими тремя тысячами пренебрег.

– Значит, не купил. Деньги ему, думаю, нужны были на кое-что другое, – довольно жестко ответил на это генерал Щуров.