Оплавленный орден

Сдержанность его была вызвана тем, что он был верующим мусульманином, и при этом знал, что означает слово «спасибо»[5 - Слово «спасибо» в своей первоначальной основе произносилось как «спаси Бог». Превращение в «спасибо» произошло лишь в восемнадцатом веке, да и то лишь в мирской жизни. В церковном языке эту фразу до сих пор принято произносить правильно.], и не хотел того, чтобы этих федералов спасал их христианский Бог. И потому Чопанов со злым скрежетом переключил передачу, желая вперед двинуться, но офицер махнул рукой, желая еще что-то сказать:

– Что там у вас делается?

– Бандиты на площади.

Готовятся к штурму. Больше двадцати человек. Пока укрываются за нашими старыми машинами. Омоновцы отстреливаются. Но толку с трех человек…

Это было сказано так, словно водитель пожарной машины требовал от капитана немедленно продолжить движение. И капитан все понял, нырнул в башню и захлопнул люк. БТР рванул с места и быстро набрал скорость.

Алискер Хадисович улыбнулся и прислушался к звукам стрельбы от «пожарки».

Али Бейбарсович приказывал стрелять почаще и погромче. И бойцы стреляли. Некоторые даже из двух автоматов сразу, потому что людей там осталось мало, а шума они должны были производить много. Это тоже не всегда бывает легко.

Бронетранспортеры выехали на освещенный фонарями участок улицы, а пожарные машины остались на темном участке. Чопанов выключил двигатель, чтобы не мешал ему слушать. Точно так же выключились двигатели всех трех идущих следом машин.

Ждать и слушать пришлось недолго.

Выстрелы гранатометов прозвучали колоритно и громко. Сначала «РПГ-7» отличился, следом за ним заговорили подствольники, а за подствольниками последовали автоматные очереди. «Добивание, – понял Алискер Хадисович, как только автоматные очереди смолкли, – произведено». Можно было ехать.

Ворота базы были уже распахнуты для пожарных машин.

– Готовься, – сказал бывший «краповый» оператору водяной пушки.

– Готов, – отозвался оператор, положив обе руки на ручки управления, которые почему-то называют еще и джойстиками.

Все четыре машины проехали на площадку за воротами, но передовая машина сразу развернулась вместе со своей пушкой. И встала так, что перед ней метрах в двадцати оказалось караульное помещение. Как раз в этот момент дверь «караулки» распахнулась, выпустив неровную трапецию света, и оттуда вышел начальник караула, а за ним разводящий со сменой. Восемь часовых, на каждую из вышек по одному, и двое на КПП.