Отчуждение: точка контакта

А любой огонь требуется чем-то подпитывать. К моменту нашего возвращения в Резервацию дымы могут полностью иссякнуть.

– Наши специалисты уверенно заявляют, что столбы эти в состоянии дымить без всякой подпитки в течение, вероятно, нескольких месяцев. – Генерал-лейтенант спокойно и без интеллигентского напряга сообщил мне, что я дурак, а дураку вовсе не обязательно объяснять то, что он все равно не поймет. С точки зрения уважения к профессорскому званию генерала я мог бы с ним согласиться. Я тоже не всегда обязан сообщать солдатам все свои действия и соображения.

И даже не считая их дураками. И потому допустил, что генерал и меня таковым откровенно не считал, а просто ему было сложно объяснить мне то, в чем он сам не специалист. И мне не стоит слишком сильно возноситься. Нобелевская премия мне все равно не светит. – По вашей видеозаписи сделан спектральный анализ. Судя по всему, горение происходит медленное, и продукт не сгорает полностью, то есть может еще долго чадить.

– Хорошо, товарищ генерал. Я понял.

Сделаю снимки.

– Столб дыма… Из него какую-то пробу вытащить, я думаю, не удастся. Лично я не вижу варианта, как это сделать. Мы даже не знаем, какая там субстанция внутри, насколько она пластичная и сохраняемая вне определенного количества. Но вот вместе с камерой вам привезут прибор, который, если получится, может скачать с дыма часть его внутренней программы. В любом случае за результат вы не беспокойтесь. Это наши проблемы. Однако попробовать стоит. Но ставить или даже держать прибор следует не дальше метра от источника, что, как мне видится, несколько опасно.

Прибор, предупреждаю, дорогой. Будет лучше и для вас, и для меня, если он не сгорит в дыму. Не рискуйте такой техникой. А в остальном все задания – прежние. Пробы воды желательно взять на тех же самых местах, где вы их брали в первый раз, и обозначить на флягах номера, как вы в первый раз сделали. Мы это заранее, к сожалению, не обговаривали. Сможете найти место? Оба места…

– Без проблем, товарищ генерал. У меня память профессионального военного разведчика.

Она и через год не подведет, не то что через день.

Это не было хвастовством. У меня и в самом деле была память профессионального военного разведчика, и я мог на эту память положиться. Однако я, сам не знаю для чего, отметил на карте в своем планшетнике места, где брал пробы. Но сообщать об этом генералу, решил я, ни к чему. Пусть считает, что я только на память полагаюсь.

– Вот и отлично.

– Я понял, товарищ генерал.