Пепел острога

На них не думай…

– Ладно, – махнул рукой Ансгар, – что сейчас гадать… Вора на кол сажают, когда поймают. А если не поймали, то и говорить о том не стоит, и не стоит кол в землю вкапывать. Ты, Вакора, лучше расскажи нам, что за тварь такая нашего вора спугнула. Откуда вообще ваша нелюдь взялась? Много их? Мы и в городе видели – ходят… И все какие-то разные… Наши все стараются от людей подальше держаться. А ваши среди вас живут. Непривычно это как-то…

Вакора подергал себя за бороду, показывая зубастый смешок.

– У вас же тоже дварфы ходят, слышал я… По крайней мере в саксонских городах ходят гномы… Мне рассказывали торговые гости. Почему нашей нелюди не ходить?

– Так это в Саксонии, да и то в редкость. Я там был с отцом. Много не видел, хотя есть. Они их гномами зовут. Но даже там их не столько, сколько у вас всяких. У вас разные все. И давно они здесь появились?

– А кто ж знает! Всегда, похоже, были…

Ансгар обернулся на драккар, где на борту, свесив короткие босые ноги, сидел задумчивый Хлюп и смотрел в воду.

Ярл встал и поправил на себе плащ.

– Ладно. Всем, кроме дежурных, спать. На рассвете отплываем, – распорядился строго. – Что за день завтра выпадет?..

– Да будет рассвет без тумана, – сказал хозяин причала, поднимаясь. – Да будут попутными вам Стрибожьи внуки[28 - Стрибог – одно из имен Сварога. Стрибожьи внуки – ветра.]. Да будет путь ваш без врагов…

Глава 2

Первым почувствовал недоброе молодой десятник стрельцов Велемир, который, по известным сотнику Овсеню причинам, чуть ли не больше всех спешил с возвращением в Куделькин острог.

Это и понятно, когда сердце любовью переполнено, оно всегда усиленно трепещет и торопит, и заставляет человека своих спутников поторапливать. Особенно если расстояние преодолеть осталось уже совсем, по общим меркам, небольшое. Не терпелось парню с нареченной своей, дочерью сотника Добряной встретиться. Даже во сне десятник имя ее повторял. Овсень сам это слышал. И без того сотня задержалась на десять дней против обещанного, поскольку некоторых крупных становищ из-за засухи на старых местах не оказалось – откочевали в лучшие угодья, надеясь, что лучшие все же еще существуют где-то. Но винить в перемене места никого было нельзя. Искать пришлось по следам, плутать среди сопок, пересохших болот и обмелевших речушек. Но все завершилось благополучно. И теперь – последний переход до дома, самый длинный. Но, чтобы сегодня же туда добраться, решили ехать без обеда.