Предатель жребий не бросает

 – Я хочу с ним поговорить… Приведи…

– Если что, я могу и подождать… – Паутов крутыми плечами пожал и вышел, в дверях еще раз оглянувшись на командира…

* * *

Разин даже не задумывался над тем, зачем ему нужен этот допрос, если через день истекает срок командировки в Чечню. Впрочем, он привык работать до конца. И даже если час оставался бы до окончания командировки, подполковник свою работу все равно выполнял бы так, как будто командировка только что началась. Правда, в данном конкретном случае это была не совсем его работа.

Наркотики – не его забота как командира отдельной мобильной офицерской группы спецназа ГРУ… В ФСБ есть целый отдел, который занимается наркотрафиком, есть в Грозном и комитет по контролю за оборотом наркотиков. Нынешний пленник спецназовцев – человек того круга интересов. А спецназу полагается боевиками заниматься, которые хотя и перешли на новый уровень деятельности, то есть в подполье забрались и исподтишка стреляют в спину, но все еще существуют…

И тем не менее, почувствовав связь между происходящим дома и свою вину за дочь тоже ощущая, за то что она, сама став наркоманкой, и других к этому приобщала, подполковник пока только краешком, без активных действий, начал входить в это дело.

И первым шагом, естественно, должен был стать допрос…

Паутов привел пленника и подтолкнул того с порога к стулу. С одной стороны, это выглядело вежливо, потому что чечена молча попросили присесть. С другой стороны, чечену не понравилось, как ему показывали направление движения, и он через плечо посмотрел на Паутова чуть ли не с возмущением.

Разин помнил, как в самом начале, попав в плен, вытащенный почти из-под сиденья машины, перепуганный было человек вскоре попытался своим видом показать, что он птица не простого полета и требует к себе особого отношения. Но подполковник хорошо отличал естественное достоинство человека от напыщенности. Тот же полевой командир Батухан Меченый, попав в плен, вел себя с большим достоинством, и к нему все офицеры группы относились уважительно.

Нынешний же пленник такого впечатления не производил, хотя временами старался показать себя значимой фигурой.

– Ты кто такой, урод, будешь? – сразу поставил Разин пленника на место, одним обращением показывая, какого отношения к себе тому следует ждать.

– Завтрашний день покажет, кто из нас урод… – возразил чечен, не поглядывая, а постреливая глазами по сторонам.