Просчитать невозможно

Они ослеплены предстоящими американскими вливаниями и не хотят видеть очевидного – того, что эти вливания настраивают против них уже не чеченцев, а «Аль-Каиду». А действовать «Аль-Каида» на территории Азербайджана может и через местных исламистов, которые там тоже кое-что значат, и через чеченцев. Объединившись, они представляют собой серьезную силу, а правительство у них не слишком крепко стоит на ногах… К сожалению, мы не имеем возможности повлиять на события, потому что все наше влияние рассматривается как сопротивление размещению американских военных баз в Азербайджане, и это способно испортить нам отношения вдобавок и с американцами.

– Мы тоже, товарищ генерал, не пользуемся в том районе серьезным влиянием… Сами прекрасно знаете, что это за место для работы…

– Ладно, на этом закончим. Появятся новости, сообщайте сразу. Я, в свою очередь, обещаю и вас не держать на голодном пайке.

– Ваши бы слова, да в виде приказа вашим же сотрудникам…

Едва Басаргин отключает спикерфон на телефонном аппарате, как раздается звонок в дверь.

Открывать выходит Пулат и возвращается в сопровождении Ангела и Зураба. Оба новоприбывших выглядят озабоченными.

– Есть новости, – начинает Ангел, едва переступив порог.

– Если вы успели договориться с нами о розыгрыше, то командир уже сдался, – привычно вежливо предупреждает Пулат.

– Не понял? – Ангел вопросительно поднимает брови и осматривает всех.

– Пулат ведет речь о том, что предстоящий риск требует увеличенного количества удовольствий накануне момента риска, – туманно объясняет Тобако.

– Это естественно, – соглашается Ангел. – Но мы с Зурабом, даже при том, что оба люди слегка рисковые, на удовольствия время тратить себе не позволяем. И потому еще вчера вечером, когда я, по доброте душевной, отвозил его домой, Зураб предложил мне навестить старых знакомых, на которых я тренировался в овладении чеченским языком.

При проведении одной из операций Ангелу пришлось использовать свою чернявую волосатую внешность, доставшуюся ему от папы-болгарина, и выдавать себя за чечена по отцу.

Естественно, с помощью Зураба ему пришлось и чеченский язык изучать. Это знают все в бюро, и потому вопросов относительно общих знакомых не возникает. Понятно, что это чечены.

– И засиделись в гостях до утра? – предполагает Басаргин. – Потому требовалось время, чтобы привести себя в порядок и выглядеть утром не совсем побитыми…

– Не так, чтобы очень уж до утра, но во втором часу ночи я Зураба все же отправил домой.