Проверено: мин нет!

– Я воевал с сорок второго года по сорок пятый… У меня вся грудь в орденах…

– Я рад за тебя, отец… И вижу, что ты человек смелый. Только не пойму, зачем ты пришёл сюда. С тобой мы воевать не собираемся…

– Отдайте нам тела убитых… Мы похороним их по нашему обычаю сегодня же…

Майор Голованов хорошо знал обычай кавказских мусульман хоронить покойников в день смерти. И понимал, что этот вопрос будет теперь камнем преткновения, потому что уважительное отношение к своим покойникам у этих людей в крови, точно так же, как неуважительное отношение к покойникам врагов.

Но ему и следовало найти камень преткновения. В сценарии такой поворот дела не обсуждался, там обсуждались другие, но этот вариант был ничуть не хуже, потому что задевал народные традиции. А народные традиции, как и адат [9 - Издревле почитаемый горцами кодекс чести, закон поведения настоящего мужчины. Включает в себя множество правил, значительная часть которых, такие, например, как кровная месть, противоречат законам ислама. Тем не менее адат продолжает оставаться сильным инструментом влияния на мужчин.], всегда были на Кавказе святым делом.

– Невозможно… Это бандиты, их тела будут переданы в прокуратуру для опознания, а потом похоронены согласно закону об антитеррористической деятельности, в безымянной могиле без указания имён. Согласно тому же закону тела убитых террористов запрещено отдавать родственникам для захоронения…

– Уходите сами… Сейчас же… Быстрее сами уходите отсюда… Вас выпустят… – сказал старик.

 – И оставьте нам тела наших родственников…

– «Голован», в окне снайпер… Приоткрывает створку, чтобы ствол высунуть… – доложил прапорщик Денисов.

– Мы не можем уйти… Ваши бандиты сожгли наш БТР вместе с рацией. Искать нас будут только завтра, потому что мы должны были вернуться сегодня вечером… До утра поиски никто предпринимать не будет… Завтра же сюда приедут следователи прокуратуры и заберут тела бандитов. До этого можешь, отец, не беспокоиться…

– «Голован»… – опять сообщил Денисов.

 – Снайпер берёт в сторону от тебя… Мне кажется, он хочет стрелять в старика…

– Спасай его… – сказал майор.

– Что? – переспросил старик.

Звук выстрела «винтореза» был почти не слышен. У «винтореза» отличный глушитель. По крайней мере он был слышен только тем, кто знает его звук. Большинство же не знало. Только звякнуло пробитое пулей стекло. И сразу раздался ещё один звук – выпала из окна винтовка и ударилась о бетонные отмостки дома.