Пуля из будущего

– Китайская игрушка?

Отношение ко всему, сделанному в Китае, у Ларисы, как и у всех жителей не только нашей страны, было резко отрицательным.

– Насколько я знаю, наша, причем вполне серьезная. Я смотрел в Интернете фильм про него. – Антон тут же понял, что зря это сказал.

На работе у него компьютера нет, а дома за ним постоянно сидит Лариса.

– Когда успел?

Она сразу вспомнила, что муж почти никогда не пользуется ее компьютером.

– Давно уже. Мне Вадим еще месяц назад, если не больше, обещал, да все забывал.

У него дом во Владимире, здесь комнатушку снимает. Тренажер дома у него был. Он все забывал его захватить, когда туда ездил. Сегодня вот привез. Уважил!..

Если ты хочешь добиться правдоподобности, то не надо вдаваться в подробности. Или, наоборот, их требуется целый миллион. Когда деталей слишком много, это тоже внушает доверие. Но в них легко запутаться самому.

Мифический Вадим не мог сбить Ларису с толку, хотя она никого на работе у Антона и не знала. Там люди менялись очень часто.

Поэтому жена продолжала расспросы, улавливая какой-то подвох или неискренность. Она вообще особа чувствительная, даже подозрительная, любит выспрашивать, копаться во всяких мелочах. Что с нее взять, это у нее в крови – дочь мента.

– А что твой Вадим ломал? Случаем не голову? – Этот вопрос прозвучал недоверчивым вызовом.

– Тоже кисть. Он вообще у нас парень горячий, сам мелкий, но задиристый. Все время в какие-то переделки попадает. То синяк под глаз заработает, то руку сломает и на больничный уходит.

Пять дней по справке – бытовая травма, потом бюллетень.

Лариса усмехнулась собственным мыслям и заявила:

– Счастливый. Я, когда работала, постоянно мечтала на больничный попасть, чтобы дома сидеть и писать. Потому меня и считали бледной, хворой немощью. Теперь тут вот сижу безвылазно, а ничего не пишется. И больничный мне никто не дает.

Лариса по образованию журналист. Она какое-то время работала в интернет-газете, тогда же написала свой первый детектив и опубликовала его.

Лариса решила, что может стать популярной писательницей, бросила работу и засела дома за компьютер. Она три года работала над новой книгой, закончила ее, но никак не могла пристроить в какое-нибудь издательство.

Редакторы говорили ей, что она опоздала лет на двадцать. В те времена все, что люди писали, шло на ура. Некоторым авторам тогда повезло. Даже со слабыми книжками они смогли втиснуться на рынок, сделали себе имя.